В свете храма, олов переполняло воздух, осенний полет голубей создавал непреодолимое напряжение. Через полчаса начиналась церемония вручения архиепископского жезла за автокефалию. Лимузины черных машин с приближением устраивали пробуксовку, а мальчики-архипастыри непринужденно разглядывали соборные купола....
– Только не надо меня уверять, что служение проходит без сбоев, я знаю вас. Совсем обленились. Не дорожите местом своим, а ведь желающих вас заменить хоть отбавляй.
– Помилуйте, – жалобно мурлыкал отец Александр. – Богослужения идут регулярно. Спросите у пономаря… Алтарь в надлежащем виде содержится. Несмотря на аварийное состояние и текущий ремонт…
– Вы мне на ремонт не кивайте. Как что – епархиальное управление виновато. Повсюду царят попустительство и разврат. Ждете, когда придет владыка и все за вас сделает.
Отец Александр был наслышан о манере епископа проводить внезапные ревизии, но он не мог предположить, что его приход так скоро станет объектом проверки.
Сейчас он дрожал и метался, как новобранец под всевидящим оком ротного старшины. Симеон был, как всегда, скрупулезен, ничто не должно было скрыться от глаз владыки, ведь эту ревизию он устроил не из праздности. Неспроста он пришел в приход отца Александра.
– Эта есть, – перебирал иконы владыка. – Вся в пыли! Помещения не ухожены… Позор! Безответственность! Где иконы Святой Троицы, Николая Чудотворца, Господа нашего Иисуса Христа? Давайте, давайте, шевелитесь!
– Вот.
– Это есть.
