В свете храма, олов переполняло воздух, осенний полет голубей создавал непреодолимое напряжение. Через полчаса начиналась церемония вручения архиепископского жезла за автокефалию. Лимузины черных машин с приближением устраивали пробуксовку, а мальчики-архипастыри непринужденно разглядывали соборные купола....
И все же шоумен сомневался, а потому решил, что лучше будет не связываться с этим сумасшедшим в дешевом свитере. Он жалел, что рядом нет полицейских, а то бы он устроил этому голодранцу спектакль. Однако рассчитывать можно было только на свою изворотливость, надеяться на безмозглых манекенщиц, прижавшихся друг к другу под тентом, он не мог. У них вряд ли хватит ума спуститься вниз и вызвать «фараонов»…
– Вы понимаете, все платья сложены в стопки. Сейчас очень трудно будет найти именно то, которое вам нужно. Сами видите.
– Давай «Клеопатру», сука! – остановил его Борис. Шоумен понял, что спорить бесполезно.
– Да, но… Последняя цена… кажется, вы назвали «одиннадцать тысяч шиллингов», – замялся он. – По правилам.
– На деньги! – Борис протянул стопку купюр. Конферансье взял деньги.
– Ну хорошо, если вы так настаиваете… Лили, принеси «Клеопатру». – Он принялся считать деньги.
Манекенщица принесла багрово-красное платье, уложив его в такого же цвета картонный пакет.
– Да, но здесь десять тысяч восемьсот пятьдесят шесть шиллингов! – крикнул вслед шоумен.
– Остальные в следующий раз, – не оглянувшись, ответил Борис. Ему не терпелось побыстрее вручить Леночке свой подарок.
Лена стояла одна посреди площади перед арочными воротами, ведущими во дворец.
* * *Епископ Симеон вот уже целый час «разделывал на кусочки» отца Александра. Устроенная владыкой инспекция в приходе больше походила на заурядную инвентаризацию.
"– Кто дал вам повод думать, что ремонт в приходе может служить оправданием беспорядка?! – отчитывал Симеон настоятеля, которому впору было поставить руки по швам. Симеон не желал слушать никаких возражений.
