В темном коридоре Приюта святого Ифи, где дрожащие шипения и меланхоличное сияние змея Нага оглашают пустые детские комнаты, начинается отчаянная борьба за жизнь. Маленькое сердце в маленькой голове Наги гулит, предчувствуя мистическую опасность, и свет луны, как в раю, не дает укрыться его страшным чувствам....
― Советник Синар обещал мне первую встречу с королем!
― Нет мне!
― Моя семья заплатила за это право! – крикнула Тазара и ударила кулаком по столу. Приборы звякнули.
Ой, как интересно! Теперь улыбка на моем лице была вполне искренней. Такой же искренней, как растерянность на лице короля, который смотрел на меня так, как будто видел впервые.
― Твоя семья?! Да что ты говоришь?! Ты вообще кто такая?! Пришлая с севера! Да ни один мират на тебя не посмотрит!
― Угомонитесь! Вы себя вообще видели?! – орала Тазара. ― Ведете себя как жалкие человечки!
Распорядительница попыталась что-нибудь сделать, но магия продолжала ее держать, а страсти в столовой только накалялись.
Глава 22.
Тиран
За продолжением скандала он наблюдал уже из своего кабинета. За завтраком он хотел чуть-чуть подразнить Леди, заставить женщину приревновать себя к другим участницам, но не рассчитывал на то, что у кого-то хватит смелости поставить на стол пустую тарелку.
― Там где нет хозяина, не будет порядка, - задумчиво произнес Тиран слова покойного отца.
Мертвый король был хорошим хозяином. Иногда перебарщивал с контролем, но сейчас Тиран понимал, что это оправдано.
― Ваше Величество, ― дверь кабинета приоткрылась, и внутрь вошел худой наг, служивший смотрителем.
― Пусть войдет.
Мирата услышала приказ короля еще в коридоре и не стала терять время на ожидание, пока слуга вернется и передаст приказ. Она смело вошла в кабинет и тут же склонилась в глубоком реверансе. Тиран кивнул и закрыл визуальный портал, чтобы не отвлекаться от разговора. К этому моменту всех участниц, в том числе и женщину, сопроводили в комнаты."
"― Ваше Величество, это все моя вина. Я… Я не смогла донести до претенденток правила и готова понести наказание.
Тиран ожидал любого оправдания, но не такого. Он даже пожалел, что не вызвал советников, которые при свидетелях были обвинены во взяточничестве. А потом он удивлялся, что раз за разом совершал чудовищную ошибку, выбирая не ту. Портил жизнь себе, и той, кому посчастливилось сесть на соседний трон.
Он вдруг задумался над тем, как его воспринимали в собственном королевстве? На трон он взошел сразу после смерти отца. К внезапной смерти правителя никто не был готов.
