Вадим Ящуров с недовольством озирал серые коробки домов, окружающие его территорию. Восьмерка десятиэтажек на Окраинной улице – вот где прячутся его враги. Теперь они приближаются, идя в ста двадцатке – это их командная звезда Кабан. Группа готовится к жестокому бою. Впереди уже виднеется мрачная толпа с палками и байками....
Обратно на угнанной машине еще быстрее.
В столице дела и в самом деле могли бы пойти не в пример лучше. Да только, вот беда, сразу напоролись на новую неприятность. До самой смерти, наверное, будет вспоминать Сема тот день.
Как всегда, после обеда он и другие братки из его команды «качались» в подвале. Лежа, в упоре, он отжимал от себя штангу, когда появились четыре мрачных типа. Три здоровяка ростом под потолок и один поменьше, «основной». Жесткий колючий взгляд, надменная полуулыбочка на наглой физиономии, блеск золотой фиксы, руки в брюки, сигаретка в уголке рта дымится.
"– Эй, какого крена вам здесь надо? – грубо окрикнул незваных гостей Ящер, бросая тяжелые гантели на пол.
– Ша, сявка, хлебало заткни! – едва удостоив его взглядом, рявкнул фиксатый.
– Ты че, припух, мурло? – окончательно вышел из себя Ящер и шагнул к наглецу.
И остальные все двинулись за ним. Сема также подался вперед. Нет, это ж надо, какие-то мутилы приблатненные внаглянку заявились в их святая святых и порядки свои тут устанавливают!
Но Ящера и других остановили три «шпалера», появившиеся в руках у здоровяков.
– Только рыпнитесь, шавки, живо в пустые черепа сквозняки впущу! – пригрозил фиксатый.
Ящер застыл как вкопанный. Но ни капли растерянности в его взгляде, ни тени испуга на лице. Он всего лишь подчинился суровой необходимости. Сема невольно позавидовал его выдержке.
– Ну, чего тебе, дядя, надо? – недрогнувшим голосом спросил он.
Но фиксатый уже не обращал на него внимания. Полуобернувшись, он призвал к себе кого-то из темноты подвального коридора.
Рыжий толстяк с хитро бегающими глазками, вынырнувший из-за его спины, не казался сейчас тем самоуверенным и гордым, каким его привык видеть Сема. Этот тип заправлял той самой «конторой», куда они с Самоваром сгоняли краденый товар.
– Ну, фраерок пузатый, стукни-ка мне на своих подельничков..
Сема и Леха озабоченно переглянулись, когда по требованию фиксатого рыжий ткнул пальцем сначала в одного, затем – в другого.
Блатарь хищно улыбнулся и подошел к Семе. Его цепкий взгляд определил в нем главного. Что ж, он ненамного ошибся. Сема смотрелся посолиднее Лехи, и авторитет у него в команде был покруче. Хотя в их ночных вылазках Самовар держал козырную масть. Что ни говори, а самая тонкая работа лежала на нем, от него успех зависел...
