Я сидела в кафе в Эдинбурге и наслаждалась куском пирога Скотч-пай с мясным фаршем. После долгой медосмотической процедуры я чувствовала себя здорово, хотя ожидался десерт из взбитых сливок. Но в голове у меня постоянно плыл образ Леди Малиновой — хищной ведьмы, обитавшей в пустошах за пределами города....
А в двух небольших оконцах (я чуть не протёрла глаза!) явно были вставлены стекла! Пусть не слишком хорошего качества, с пузырьками воздуха, зеленоватое, но это было стекло!
Гончар нашелся на заднем дворе, там у него было все его хозяйство — печь для обжига, навес для сушки готовых изделий, ещё один навес, где стоял гончарный круг, бадья с готовой глиняной смесью, какие-то формы. Мастер сидел за кругом, на нем крутилась заготовка будущего кувшина. Поздоровался он с нами кивком, продолжая работу. Все, верно, остановить сейчас круг — выбросить изделие.
Заметив, что я смотрю на больного, Комнол пояснил.
— Свояк это нашего Фергуса, брат жены его. Раньше работал где-то у бриттов, стекло делал, да болеть стал, вот и приехал помирать на родину. А тут из родни одна сестра и осталась. Приняли его, конечно, куда ж теперь… хороший мужик, да помрёт, видать, скоро.
Я облегчённо выдохнула — так это не туберкулёз! Это силикоз! Ну и наверняка ещё свинцовое отравление! В те года, технология производства стекла была достаточно токсичной из-за присадок тяжёлых металлов и несовершенства технологии.
Наконец, мастер закончил работу, наскоро вымыл руки и подошёл к нам, вытирая руки на ходу краем фартука."
"— Здравствуйте! Я леди Мэри Мак-Фергюссон, хозяйка замка Малиновая пустошь! Мне необходимо переговорить с вами о сотрудничестве.
