В школьном автобусе едят до монгольской границы самые неожиданные попутчики: учителя, миллионеры, убийца и писательница детективов. Абсурдная компания, случайно собранная вместе, вынуждена справляться с непредвиденными ситуациями и раскрывать друг друга под маской обыденности.
– Сынку! Я похож на того мудака, которого нужно куда-то девать?! Да я тихонечко потащусь за тобой по Алтаю, изредка постреливая по куропаткам! Ты меня не увидишь и не услышишь! Мартышку зажарим, цуцику найдём нормальную алтайскую девку и оставим в Укоке[7] поправлять гнилой генофонд! Сынку, я сам себя прокормлю, пропою и обстираю! Говорю же тебе, задолбало всё – дом, работа, семья! В особенности семья. Впечатлений хочу! Новых! Свежих! Ярких! А там, где ты – всегда круговорот интересных событий. Возьми меня в свою экспедицию! Можно главным по хозяйственной части. А можно и не по хозяйственной. Я руководить люблю, но в остальном ты меня не заметишь. Возьми!
Бизя молчал.
– Возьми! А то начну военные действия против Камбоджи, Монголии и Лаоса…
Бизя хрюкнул, прикрыв рот рукой.
– Возьми, сынку, а то в санаторий здешний какой-нибудь ломанусь. Тебе охота потом иметь кучу алтайских родственников?
Бизя не выдержал и заржал.
– Чёрт с тобой, оставайся! Заодно обратно в Сибирск всех потом увезешь, чтобы не мыкаться по автобусам и электричкам. Только без выкрутасов! Мы не успели доехать до автостоянки, а ты уже подрезал кучу машин, проехал на красный свет, а теперь шарашишь по тротуару…
– Пошли все на хер, я Шумахер, – пробормотал дед и поддал газу.
День решили перекантоваться в гостинице.
Жара стояла невыносимая, поэтому все единодушно проголосовали за то, чтобы двинуться в путь ночью. С деньгами проблем больше не было. Сазон скупил целый этаж. Гостиница оказалась частная, маленькая и очень уютная.
– Элка, – восторженно сказал Бизя, когда мы оказались с ним в номере. – Наконец-то мы одни, наконец-то мы вместе, наконец-то у нас есть душ и кровать!
Он набросился на меня с вдохновением рыцаря и похотью молодого животного. Мне стало смешно, но я не стала сопротивляться. В конце концов, мы, действительно, наконец-то одни и здесь, действительно, есть душ и кровать. Едва мы успели раздеться, в коридоре раздался вопль Сазона:
– Рота, подъём! Команде обедать!
Дверь распахнулась от неслабого пинка.
Бизя выпустил меня из объятий и стыдливо напялил рубашку, словно ему было тринадцать лет и его впервые застукали с девушкой.
Дед не обратил на пикантность ситуации никакого внимания.
– Доча, одевайся! – приказал он. – Я пожрать организовал! Поросёночек, блины, сёмга, икорка! Спускайтесь в ресторан на первый этаж!"
"Мы с Бизей молча оделись и поплелись в ресторан. Столы оказались составлены в длинный ряд, словно для банкета.
