По крайней мере, со времен моего детства.
– Развяжи меня. – Он постарался, чтобы в голосе звучал приказ. – Увидимся у тебя дома. Это неприлично – оставаться здесь, со мной. Тем более наедине и в такой час.
– Я никуда не уйду, пока ты не ответишь на мои вопросы.
– Тогда тебе придется задержаться здесь надолго.
Она может держать его взаперти хоть месяц, но решимости у него не убудет. Ему довелось посидеть в тюрьмах с куда более строгим режимом. И там не было таких хорошеньких тюремщиц.
– Как твоя рука? – Кейт решила на время отступить.
– А что рука? Неподвижная как деревяшка.
– Пока ты спал, я тут кое-что вычитала. По меньшей мере еще несколько дней рука ничего не будет чувствовать. – Зашуршав юбками, она перешла на другую сторону кровати, достала пузырек с маслом и, открыв пробку, вылила немного на ладонь. – Как написано в справочнике, это должно помочь против онемения. Пока я взяла обычное растительное масло из твоих продуктовых запасов, но потом добавлю что-нибудь ароматическое.
Отставив пузырек в сторону, Кейт потерла ладони друг о друга, равномерно распределяя по ним масло, и принялась массировать его омертвевшую плоть, пытаясь вернуть руке чувствительность.
К сожалению, мышцы так и оставались жесткими и напряженными. И это касалось не только руки: в паху возникли те же ощущения.
– Может, станет легче, если я тебе спою? – робко предложила Кейт. – Ты ведь просил меня об этом вчера.
Сначала зазвучала мелодия, а следом за ней и слова, которые были ему хорошо известны: – «Взгляни на сад в роскошном цветении…»
Торн вздохнул и закрыл глаза. Господи, как он ненавидел эту песню! А она продолжала сладко петь:
– Замолчи! – не выдержал наконец Торн. – Хватит!
Продолжая массировать ему руку, Кейт спустилась к повязке на запястье, перевернула его ладонь вверх и просто положила на нее свою руку.
– Я всю ночь смотрела на тебя и перебирала в уме те немногие воспоминания, которые остались от раннего детства. И чем дольше смотрела, тем больше во мне зрела уверенность, что есть какая-то загадка, которую я должна разрешить, некая головоломка, части которой никак не желают складываться в единое целое. И если ты добровольно не поделишься со мной тем, что знаешь… Что ж, тогда у меня не остается выбора – придется воспользоваться самыми жестокими способами.
– Ты мне угрожаешь? Жестоким обращением? – рассмеялся Торн.
– Думаешь, меня на это не хватит?
Кейт взялась за подшитый край простыни и резким движением сдернула ее до талии.