Как бы я сообщил своему свояку, недавно потерявшему жену, что София сломала себе шею, упав с одной из моих лошадей? Насколько я могу судить, Веббы и Лестеры теперь в расчете.
На миг Джеку открылась подлинная цель визита Горацио. Возможно, у него была не одна цель и не все из них Джек угадал, но сейчас он мог только с благодарностью принять эдикт пожилого джентльмена.
— Я был рад оказаться полезным, сэр.
Горацио ответил своей обманчиво мягкой улыбкой и встал.
— А теперь мне пора. — Он подождал, пока Джек позвонит и прикажет, чтобы подали его лошадь к крыльцу. Затем обменялся рукопожатиями с молодым человеком. Еще раз оглядев комнату, он добавил: — Приятно видеть, что этот дом содержится на прежнем уровне. Он ведь давно принадлежит вашей семье?
Провожая дядю Софии до дверей, Джек кивнул:
— Уже пять поколений. Все мужчины у Лестеров воспитаны охотниками.
— Как и надлежит, — сказал Горацио, кажется, имея в виду более широкий смысл. — Так не забудьте, — добавил он, садясь на своего коня, — мы надеемся увидеться с вами в Лондоне.
Кивнув напоследок, Горацио повернул коня и поскакал домой. Переходя в галоп, он улыбался. Ему понравилось то, что он увидел в Ролинг-Коттедже. Как и то, что Лестеры собирались и дальше оставаться частью местного пейзажа — здесь и в Беркшире.
Люсилла останется довольна.
К концу прогулки у Софии разболелась голова. Она обычно не была подвержена даже незначительным недомоганиям и сейчас чувствовала себя не в своей тарелке. Направляясь вместе с Клариссой в заднюю гостиную, она принялась массировать виски в надежде облегчить пульсирующую боль.
Виноват во всем был, конечно, Джек Лестер. Если бы она не волновалась всю прогулку, как поведет себя, если он снова встретится им на пути, не озиралась бы по сторонам в поисках его широкоплечей фигуры, то непременно получила бы привычное удовольствие от верховой езды. Но сейчас она чувствовала себя хуже некуда.
Бросив плат на стул, она с наслаждением опустилась в мягкое кресло у камина.
— Вот жалость, что мистер Лестер и лорд Перси сегодня не присоединились к нам, — заговорила усевшаяся в кресло напротив Кларисса, явно настроенная поболтать. — Я почему-то была уверена, что после вчерашнего они снова будут поджидать нас у Пепельного Холма.
— Может быть, они вернулись в Лондон? — предположила София. — Земля уже мягкая, и лисогонам тут больше делать нечего.
Лисогонами в семье называли джентльменов, которые приезжали в Мелтон-Маубри единственно ради удовольствия погонять лис.
