Прямо перед ней маячил встревоженный лоб, где-то в серых тенистых краях. Изабелла чувствовала себя подчеркнуто неуместной и невинно обиженной среди этого круглого стола из зажиточных дам и упрямых мужчин. Аромат фиалок напоминал ей о том, что она — леди второго сорта, настолько подавляемой своей социальной низостью, что даже в этом мире моды и придворного шума ее замечают лишь как приветствие....
— Постарайся не думать о плохом. Поверь, здесь ты в полной безопасности.
В полной безопасности? Не знаю. Я бы назвала это по-другому, но, боюсь, опекун такого точно не поймет.
— Хорошо, лорд Давенпорт. Наверное, вы правы. Это все мои нервы…
Я потупилась, скрывая от излишне проницательного взгляда непокорные мысли, и тихо вздохнула. Как же трудно притворяться нежным беспомощным одуванчиком! Но и признаваться нельзя. Вчера в одной из книг я наткнулась на упоминание об эри — иномирцах, приходящих в Дартштейн с Темной стороны.
— Белла, ты должна пообещать, что больше не будешь совершать опрометчивых поступков, — не отставал опекун.
— Конечно. Обещаю. Простите, что заставила вас волноваться.
Я опустила голову еще ниже, изображая несуществующее раскаяние, а сама считала про себя до десяти, чтобы не высказать то, что думаю на самом деле.
— Что ж, я рад, что мы поняли друг друга.
В голосе опекуна прозвучало удовлетворение. Вернее, звучал-то он практически бесстрастно, но я каким-то чутьем улавливала малейшие оттенки настроения этого холодного мужчины, и понимала, что он ощущает. Не знаю, то ли Белла слишком хорошо изучила своего опекуна, то ли моя интуиция обострилась, а может, то и другое вместе, но, как бы там ни было, эмоции я теперь чувствовала достаточно отчетливо.
— Идем, тебе нужно отдохнуть.
Опекун взялся за спинку моего кресла, и покатил его к выходу.
— Хорошо, — смиренно согласилась я, про себя желая замороженной селедке провалиться в местную преисподнюю. Как раз туда, откуда и приходят эри.
***
После ухода Давенпорта я поднялась наверх и устроилась у окна.
Поясница разламывалась, непривычные к нагрузке мышцы рук неприятно ныли, голову опоясывало болью, но я, не обращая внимания на доставшееся мне слабое тело, раздумывала над тем, что делать. Мысли крутились нерадостные.
Пока все убеждены в неадекватности Беллы, мне придется самой заботиться о собственной безопасности. И начать следует с тайного хода. Сложно чувствовать себя защищенной, когда не знаешь, что скрывается за стенами комнаты. Еще и невидимка этот.
