Надя очнулась в запертом подвале, не помня, как туда попала. Похищение становится началом опасной игры, где каждый ход может стать последним. Ей предстоит разгадать, кто её похитил и почему, чтобы выжить и вернуться к прежней жизни.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ледяное сердце не болит»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Надя очнулась в запертом подвале, не помня, как туда попала. Похищение становится началом опасной игры, где каждый ход может стать последним. Ей предстоит разгадать, кто её похитил и почему, чтобы выжить и вернуться к прежней жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна и Сергей Литвиновы Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Надя очнулась в запертом подвале, не помня, как туда попала. Похищение становится началом опасной игры, где каждый ход может стать последним. Ей предстоит разгадать, кто её похитил и почему, чтобы выжить и вернуться к прежней жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Бражничает там вместе с коллегами, вместе с Кирой этой ужасной?» С которой, Надежда была уверена, Полуянов раньше спал…
Но позвонить ему по мобильному (Димочка ей, кстати, на Новый год сотовый подарил) и выяснить все наверняка Надя не хотела. Гордость не позволяла: «Он задерживается, не я. Вот пускай сам и звонит!»
…Надежда, естественно, не замечала, что из стоявшего в дальнем углу двора белого «Форда Транзит» за нею наблюдает пара внимательных глаз. Иногда наблюдатель брал, для верности, лежащий перед ним бинокль и наводил окуляры на девушку. И он даже на расстоянии понял: к концу прогулки ее настроение заметно испортилось.
***А Полуянов в то же самое время сидел на кухне (помещении, служащем подавляющему большинству бывших советских людей гостиной) и вел разговоры за принесенной им бутылкой сорокаградусной с охранником Матвеичем. На конфорке булькала и изрядно воняла уха – очевидно, из выловленной сегодня рыбешки.
– Слушай, ну как он, этот мужик, выглядел? – приступил Дима к допросу после первого дружно выпитого шкалика. – Тот, что рукопись мне принес?
– А зачем тебе это?
– Я ж объясняю, Матвеич: документы он мне принес, – начал врать Полуянов. Не рассказывать же всем встречным-поперечным, что в действительности было в конверте. – Документы – важные. Практически компромат. А ни адреса, ни имени отправителя нет ни шиша. Вот я и хочу мужика того найти. Спросить у него: где он документы взял? Как нашел? Поговорить надо с ним, понимаешь? Чтобы понять: не фальшивку ли мне впаривают.
Полуянов, как журналист опытный, знал, что рассчитывать на более-менее откровенные ответы можно, только если втолковать собеседнику, зачем ему, Диме, нужны сведения. И при этом он еще должен тебе поверить.
– Значит, ни имени, ни адреса мужика ты не знаешь, – резюмировал охранник, подцепляя из плоской баночки кусочек селедки в винном соусе. – А на что тебе тогда его внешность? Все равно не найдешь.
– А вдруг это мой знакомый? Или я его уже однажды видел? Вдруг по твоему описанию его узнаю? Ну, давай, Матвеич, не тяни. – И Дима наполнил высокие шкалики водкой."
"– Стоп. Перерыв, – отмел намечающуюся вторую охранник. – Вспоминать будем… Значит, записывай.
Дима достал блокнот и взял ручку на изготовку. Он не сомневался, что и без того словесный портрет курьера запечатлеется в его памяти до последней черточки – однако люди обычно обижаются, когда в ходе интервью корреспондент ничего не записывает, если не на диктофон, то хотя бы в блокнот: вроде как пренебрежение к их словам выказывает.
– Было это, значит, вчера с утра. Мужик роста невысокого. Не более ста семидесяти.
Дима занес данные в блокнот. Кивнул поощрительно:
– Уже хорошо. А как он выглядел?
– В шапке-ушанке он был. Шапка херовая такая, ношеная. Из кролика.
