В холодной тьме Хелстурмат, Рейна уверенно вела группу мальчиков сквозь запах рыбного рынка. Андерс стремительно бежал за ней, пригибаясь от женщин с корзинами рыбы, когда их ледяное дыхание окутывало толпу. За углом Рейна сворачивала, догоняя быстрых пони, и Андерс выкрикивал прерывистые инструкции, пытаясь удержать ее на маршруте....
Он непрактичен, так что, должно быть, он был важен для нее. Во всяком случае, мои родители написали, что, по их мнению, я должна вернуть его семье, чтобы он достался моей сестре. — Она сделала паузу, выпятив челюсть, чтобы ее голос звучал ровно. — Потому что, очевидно, мое превращение означает, что я покинула семью.
Андерс медленно выдохнул и подошел, чтобы опуститься на край ее кровати, держась другого конца… потому что даже когда ты пытаешься утешить ее, Виктория все равно оставалась Викторией.
— Они ошибаются, — сказал он.
"Виктория посмотрела на него, как будто у него выросла новая голова, и он сглотнул, задаваясь вопросом, сказал ли он что-то совершенно глупое. Это было то, что он чувствовал… это было то, что он отчаянно хотел считать правдой.
— Хм, — Виктория медленно кивнула. — Я не ожидала, что ты скажешь что-то настолько умное.
Андерс чуть не рассмеялся. Виктория в своем репертуаре — выходит что-то оскорбительное, даже когда она делает комплимент.
— Наверное, все иногда правы, — сказал он.
Она показала ему, как работает веер, и позволила подержать его, голубой шелк был гладким под пальцами, золотая нить блестела там, где была вплетена, до тех пор пока не пришли остальные и не настало время готовиться ко сну.
Позже той же ночью, когда Сакариас бормотал что-то во сне — он, правда, никогда не переставал говорить — вопрос Лисабет в библиотеке эхом отдавался в голове Андерса, преследуемый его собственными словами.
«Девушка, которая превратилась в Огненного Дракона. Ты знаешь, кто она такая?»
Он не мог не гадать, знает ли он на самом деле ответ на этот вопрос.
Он был так уверен, что Рейна — его близнец… вот только шансы казались ничтожно малыми.
