В темноте яркими проблесками подсвечиваются номера телефонов именами знакомых людей. Сцена бизнес-тренингов вдруг кажется нереальной, когда ты вынужден встречаться с каждым из них снова и снова. Это "Легенда о розе. Цена предательства" — где каждый звонок может стать последним....
- У нас с тобой оружие, и мы оба умеем стрелять…
- Если с вами что-то случится, меня освежуют заживо…
- Если мы останемся здесь, и с ними что-то случится, я освежую тебя сама.
Миша зло пыхтит. Глядя на меня с неприкрытой ненавистью, покрывается бурыми пятнами.
- Если ты попробуешь меня остановить, я начну стрелять, чем привлеку к нам ненужное внимание, - задираю бровь, - ты этого хочешь?
Делаю шаг назад. Еще один. Постепенно удаляюсь от Миши, продолжая держать его на мушке. Отхожу метров на тридцать – сорок, разворачиваюсь и пускаюсь в бег.
Судя по шуму за спиной, Миша – тоже. Шаги стремительно приближаются, но в какой-то момент я слышу сдавленный стон. Обернувшись, вижу, как припав на колено, он держится за лодыжку.
Повезло.
- Ирма Сергеевна!..
Я бегу дальше. Ступни застревают в высокой траве, платье путается в ногах. Притормозив, и задираю его до колена, пробегаю еще несколько десятков шагов и резко останавливаюсь.
Сквозь частокол из молодых осинок пробивается свет фар, а до слуха доносятся шум заведенных двигателей и мужские выкрики.
Понимая, что в белом платье я как бельмо в глазу, присаживаюсь на корточки. Пытаюсь сориентироваться и понять, кому принадлежат голоса, но все безуспешно, слишком они от меня далеко.
Чуть приподнявшись, на полусогнутых ногах, короткими перебежками подбираюсь еще ближе.
- Ирма Сергеевна… - раздается сзади шипение Миши.
Заметно хромая, он плетется следом. Я приставляю указательный палец к губам и снова присаживаюсь.
Он безмолвно рычит, но больше не произносит ни звука.
Я миную еще метров пять. Слышу впереди шорох и падаю грудью на землю. Держа пистолет на вытянутой руке, пытаюсь понять, что происходит.
Михаил тоже приближается, но идет не по моим следам и метрах в десяти слева от меня.
Снова шорох, и в дерево в метре от Миши прилетает пуля. Еле подавив вскрик, грудью падаю в траву. Охранник, вытянувшись в струну, стоит за соседним деревам и, сделав страшные глаза, молча приказывает мне не шевелиться.
Я согласно моргаю. К горлу подкатывает тошнота, тело покрывается ледяным потом.
Нас засекли. Вернее, Мишу…
Гипнотизирую его взглядом. Он подает жест не высовываться, а сам, пригнувшись, перебегает за другое дерево, дальше от меня. Еще один выстрел, но уже значительно левее.
Он уводит стрелявшего от меня.
Я остаюсь одна. Некоторое время пытаюсь сориентироваться, восстанавливаю дыхание и начинаю прислушиваться.
