Зимний лагерь Первого Парфянского легиона в провинции Сирия, девятьсот девяносто второй год от начала Рима. Утро прохладным зимним утром когда только-только появившееся над скалами солнце окрашивает мир в нежные розовые тона. Лагерь был структурирован по стандарту: прямоугольник стен, четыре ворота и сторожевые башни....
Здесь, на террасе над рекой, в тишине и покое спящей столицы, думать о войне не хотелось. Хотелось выпить вина и подняться в спальню. К Насте.
— Очевидно, — сказал Черепанов, — хочет, чтобы я рассредоточил силы. Разбросал по гарнизонам крепостей. Рассредоточил легионы вдоль границы. А зачем?
— Зачем? — механически повторил Коршунов.
— Леха, ты вообще меня слушаешь? — рассердился Черепанов.
— Знаешь, Генка, устал немного. Извини!"
"— Ну так вот: если перс хочет, чтобы я рассредоточился, значит он намерен нанести точечный удар.
— Туда, откуда нет дурных вестей, — проявил интеллект Коршунов.
— Не совсем так. Туда, откуда нет явных дурных вестей.
— Не понял?
— Ну, Леха! Ты же ездил к Аптусу! Что он тебе сказал?
— Кентурия потерялась! Так ты сам же сказал, что потеря кентурии — комариный укус!
— Ну, брат! — Черепанов аж руками развел от такого примитивного ответа. — Ты мозгами-то пораскинь! В чем разница?
— К нам никого не отправили с поломанным сигнумом.
— Более того, — подхватил Черепанов.
— Дура Европос!
— Точно! Крепость Европос. Перевалочная точка великого шелкового пути на Евфрате! А оттуда, напомню, дорога на Пальмиру-Адрианополь. А там сидит наш добрый знакомый, местный царек Септимий Оденат. Надежный, как табуретка без ножки. И, по сведениями, полученным от твоего пленника, его патрон, будучи в Пальмире, Одената посещал. Не исключено, что договорился о поддержке или, как минимум, — о нейтралитете.
— То есть как — осаждают? — воскликнул Коршунов, которого наконец пробило.
— Хочешь перейти в дом? — усмехнулся Черепанов.
— Да я — не об этом! Там штурмуют нашу крепость, а мы тут винишко потягиваем. Надо же срочно что-то делать! — Алексей даже об усталости забыл.
Черепанов засмеялся.
— Леха, кто из нас — кадровый военный, ты или я?
— Ну, допустим, ты, — буркнул Алексей. — И что дальше?
— А то, что я не считаю, что нужно задрать хвост и куда-то бежать, как подскипидаренный ишак. Европос — серьезная крепость.
