Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
Я свалился на дно шкафа и стал наблюдать за пятью потолками. Они кружились, плыли в зад, вперёд, и никак не могли сойтись в одной точке. К горлу подкатило ощущение тошноты.
Судорожно сглотнул и, справляясь с дурнотой, глубоко вдохнул. Затем ещё раз.
Потолки прекратили свой бег. Слились в один. Рукой я размазал по лицу кровь. Опершись о пол, встал на ноги и, захлопнув сейф, подобрал свой ключ.
Аптечку я взял в одном из ящиков. Холодная вода из крана в туалете помогла окончательно прийти в себя. Регенерационный гель заполнил рассечение на лбу.
Я стоял напротив стального коробка. Рассматривал распахнутые дверцы шкафа. Разглядел на полу петлю. Поднял её, прикрутил на место. Отрегулировал покосившуюся дверку. Затем снова сходил за кофе. Вернулся в кабинет.
Напиток горячим потоком проваливался в желудок, а я всё не мог понять, что не так?
За кофе я сходил ещё раз пять, чтобы отогнать навалившуюся сонливость.
Можно сколько угодно думать, как так вышло, что подошёл мой ключ, но, не открыв сейф, я этого не пойму.
Вздохнул и, снова проведя своей ключ-картой, открыл замок и распахнул бронированную крышку.
Карта памяти лежала на тонкой папке. Больше на двух полках стального хранилища ничего не было, если не считать пыли.
Интересно, как пыль появляется в закрытом помещении? А в шкафу? В Сейфе?
Поймал себя на новой волне прокрастинации и, решительно схватив карту памяти, вставил её в инфопланшет.
Пока данные загружались, раскрыл папку с делом.
Глаза пробежали по мелкому почерку, которым были исписаны листы. Это даже не распечатка, Гривасов писал от руки. Он установил, что морпехи (то есть мы), нарушили инструкции и поменялись местами. Потому предположил, что покушение не удалось.
По его записям выходило, что многие менялись несколько раз. Множество знаков вопроса напротив списка порядковых номеров курсантов показывали, что Авнер Световидович так и не выяснил, на кого нацелился злоумышленник.
На последнем листе была только моя фамилия, обведённая в жирный круг. Рядом с ней стоял крестик и схематично изображался компьютер, на экране которого скалился мастерски нарисованный череп с пистолетом у виска.
Ниже было подписано: «В работе».
