Воцерковленный мир после великой трагедии начал медленно восстанавливаться. Лейтенант вернулся на родину - СССР, но ощущение неустановленности и нереальности остается неизгладимым следом прошлого. Воображение расширяется, отражая пережитые страдания в лицах бывших однополчан и новых знакомых, словно проникающих в тайны прошлого через призму времени....
Не медля, я открыл прицельный огонь.
Все, медлить нельзя!
Загрохотало. Сначала раздалась быстрая короткая очередь, почти сразу же вторая, уже куда длиннее. Тело пулемета, несмотря на примитивный станок закреплённый на дне кузова, задергалось — отдача-то у ДШК нешуточная.
Я дал ещё три-четыре очереди, а затем прекратил огонь. В носу защекотало от пороховых газов…
Выждав несколько секунд, я отпустил рукояти пулемета, оценил обстановку. Затем быстро склонившись, открыл оружейный ящик и вытащил оттуда второй Калашников.
Было тихо, словно ничего и не произошло.
Даже после беглого осмотра стало ясно, что все духи мертвы — такая крупнокалиберная дура, как ДШК не оставляет живой силе ни шанса, 12.7 миллиметров говорят сами за себя. Страшная вещь, те кто видели — знают.
Опасности больше не было. По крайней мере, в данный момент точно.
Разбираться, с какой целью здесь шныряли ликвидированные мной духи я не собирался — это совершенно не мое дело. Пусть пограничники потом думают, кто это такие и как они пролезли через границу… А вообще, по-хорошему нужно как можно скорее уносить отсюда ноги, пока ещё кто-нибудь не нагрянул. Нашумел я тут знатно, слышно было на километры вокруг.
Возвращаясь обратно к машине, что-то заставило меня сделать крюк в сторону и подойти к лежащему на земле телу расстрелянного капитана Лосева.
Картина была нерадостной… Вся одежда в пятнах крови, человек с трудом дышал.
Капитан Лосев получил сразу несколько ранений, из которых как минимум два были смертельными. Оказывать помощь в таком случае уже не имело смысла, да и зачем? Этот человек намеревался меня убить, никакого шанса он мне точно давать бы не стал.
— Громов… — хрипя, глухим голосом пробормотал он. — Помоги…
Я лишь покачал головой. Нечем мне ему помочь, да и аптечки у меня не было. Может в машине что и завалялось, но это из разряда «Поздно пить боржоми, когда почки встали».
