Воцерковленный мир после великой трагедии начал медленно восстанавливаться. Лейтенант вернулся на родину - СССР, но ощущение неустановленности и нереальности остается неизгладимым следом прошлого. Воображение расширяется, отражая пережитые страдания в лицах бывших однополчан и новых знакомых, словно проникающих в тайны прошлого через призму времени.
Возможно, стреляли не в него, или же только ранили. Или же просто избавились от тела… Тут может быть как угодно! Полет фантазий! В любом случае, судьба Сафира меня не сильно заботила, несмотря на то, что ранее он спас мне жизнь. Он мне никто, смельчак в возрасте, отчего-то возомнивший, что может решать мою судьбу!
Я выглянул ещё раз, убедился, что никого нет и полностью выбрался из своего сарая. Пригнувшись, морщась от боли, проскочил за камни, что были справа. Если забраться повыше, то оттуда можно рассмотреть, где дислоцируется противник. Они могли находится в одном месте, а могли разбрестись во все стороны. Пока четкого плана у меня не было, но кое-что уже пришло на ум. И если получится, это будет весело…
Забираться по голым камням наверх, было непросто. Обуви на ступнях у меня не было, ноги в бинтах. Рука тоже была травмирована. И хотя сами ступни целы, все остальное отзывалось болью. Раны толком еще и не зажили. Пришлось сделать небольшую остановку и потуже затянуть бинты. Полез дальше.
Высота небольшая, метров двадцать с лишним. Но обзор оттуда должен быть нормальным. Главное, что наверху росли кустарники, за ними меня никто не увидит. Вряд ли духи знают, что кроме них и старика тут может находиться кто-то ещё — они ведь уже все осмотрели. Увидеть меня могут только случайно, если я где-то допущу оплошность.
Но такого шанса я им точно не дам…
* * *Практически сразу после возвращения группы «Зет», обстановка по всему Афганистану начала меняться. По результатам проведенной специальной операции «Петля», советскими разведчиками были пойманы два очень важных языка. Обоих достаточно быстро удалось разговорить — в этом изначально не было никаких сомнений. Есть такие люди, которые хорошо умеют делать только одну вещь — заставлять говорить других. Хотят они того или нет.
Афганский генерал, после доходчивых разъяснений подробно рассказал переводчикам, где находятся подконтрольные ему полевые лагеря, склады с оружием, маршруты караванов. При этом присутствовал целый штат разных представителей. Военная фармакология уже тогда давала неожиданные результаты, а с применением традиционных физических и психологических методов допроса, эффект был просто поразительным.
В Министерстве Обороны СССР такому повороту событий были крайне рады — наконец-то произошел основательный сдвиг в ходе многолетней и вялотекущей войны. Все происходило на высшем уровне, было задействовано сразу несколько крупных направлений.
