В реанимации терапевт стойко смотрел в окно на Шевченко — человека, который только что почти умер от острой инфекции. Его тело дрожало, а провода и трубки пропитывали его ткань. Японская эпидемия набирала обороты, и каждый день выводило больше пациентов за границу или в могилу. Здесь я позиционировал себя как диагноста, но внутри я ощущал горечь и растерянность, словно копейка, вылетевшая из кошелька больного....
Похоже, «Лекарь Империи 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ее взгляд был милым и дружелюбным, но я-то видел скрытую в нем ревность.
Я легонько толкнул ее под столом ногой и, когда она посмотрела на меня, чуть заметно покачал головой. Она тут же все поняла, виновато улыбнулась и расслабилась.
Мы просидели в баре еще около часа. Пиво было действительно неплохим, а компания — на удивление приятной. Напряжение после экзаменов спало, и мы просто болтали о всякой ерунде.
И именно в тот момент, когда я начал думать, что этот безумный день закончится хорошо, дверь бара распахнулась, впуская в помещение волну прохладного вечернего воздуха и громкого, пьяного гогота.
Они. Те самые два мажора-аристократа.
Я мысленно усмехнулся. Ну вот. Только расслабился. Думал, хоть этот вечер пройдет без происшествий. Нет, они как тараканы — лезут во все щели.
Они, судя по всему, уже успели где-то хорошенько «подготовиться» и теперь шумно требовали у бармена самые большие бургеры и еще пива.
— Когда они сегодня получали дипломы, — сказал я вполголоса своим спутникам, — мне на секунду стало страшно за тех несчастных пациентов, которые когда-нибудь попадут в их руки.
— Это точно, — кивнул Киржаков. — но думаю им уже теплые местечки приговлены заботливыми родителями.
Вот с этим я был полностью согласен.
Один из аристократов, блондин, обернулся, чтобы что-то крикнуть бармену, и его взгляд случайно упал на наш столик. Он замер, потом его пьяное лицо расплылось в мерзкой ухмылке. Он хлопнул своего дружка по плечу.
— Смотри-ка, кто здесь! Наш деревенский-самоучка!
Они, пошатываясь, направились прямо к нам и нависли над нашим столом, распространяя вокруг себя запах дорогого алкоголя и дешевых понтов.
— Слышали, в этом гадюшнике лучшие бургеры в городе, — протянул блондин. — Нас дома кормят всякой дрянью, так что это наша единственная отдушина.
Михаил напрягся, Ольга сжалась. Я же оставался невозмутим.
— А вы чего такие кислые сидите? — продолжал он. — Надо вас немного развеселить! Девчонки! — он подмигнул Веронике и Ольге. — Вам не скучно с этими занудами? Поехали с нами, мы ребята веселые!
Михаил уже начал приподниматься со стула, его кулаки сжались.
— Сядь, — тихо сказал я ему, не сводя взгляда с блондина. А затем спокойно произнес, обращаясь к нему. — Молодой человек, а вы печень свою давно проверяли?
Тот опешил.
— Чего?
— Печень, говорю, — я окинул его профессиональным взглядом. — А то, судя по этой характерной сосудистой сеточке у вас на щеках и легкому тремору рук, я бы на вашем месте не налегал так на алкоголь.
