В реанимации терапевт стойко смотрел в окно на Шевченко — человека, который только что почти умер от острой инфекции. Его тело дрожало, а провода и трубки пропитывали его ткань. Японская эпидемия набирала обороты, и каждый день выводило больше пациентов за границу или в могилу. Здесь я позиционировал себя как диагноста, но внутри я ощущал горечь и растерянность, словно копейка, вылетевшая из кошелька больного....
Похоже, «Лекарь Империи 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ты же… ты же сегодня сдал экзамен! Ты ведь теперь Подмастерье! Господи, Илья, я же тебя даже не поздравила!
Она бросилась мне на шею, смеясь и плача одновременно, и начала покрывать мое лицо быстрыми, солеными поцелуями.
— Кстати, да, — я усмехнулся. — По этому случаю мы с ребятами, которые тоже сегодня сдавали, решили вечером сходить отметить.
— Ох, какая хорошая идея! — она отстранилась, и ее глаза заблестели. — Давай сходим! Обязательно! После такого дня нужно расслабить голову. Ты же не против, если я пойду с тобой?
— Конечно, не против, — я улыбнулся.
"— А я в Муром не поеду, — она покачала головой, и ее лицо снова стало серьезным. — Останусь здесь еще на пару дней, с отцом. Нужно проконтролировать, чтобы ему действительно стало лучше. Я уже отпросилась у Волкова, все нормально.
Да, Волков… Я и забыл про него. План по его разоблачению требовал времени, а оно начинало понемногу поджимать.
— Конечно, оставайся, — сказал я. — Не волнуйся, с отцом теперь все будет в порядке. Магистр Седов — судя по всему грамотный специалист, он его вылечит.
— Твои слова да богу в уши, — вздохнула она.
Вечером мы приехали в тот самый бар, о котором говорил Киржаков. Он и Ольга уже были там, сидели за столиком в углу. Я познакомил их с Вероникой, а дальше… вечер на удивление проходил легко и непринужденно. Мы заказывали пиво, смеялись, делились впечатлениями от экзамена.
— Я до сих пор не могу в это поверить, — Киржаков потряс головой, глядя на меня. — Дело Волосенковой! Мужик, да как ты вообще это сделал⁈
— О, так это уже не первый его подвиг, — с гордостью в голосе вставила Вероника и вкратце рассказала им и про случай с Шевченко, и про женщину с инфарктом, и про мальчика Сеньку.
Киржаков слушал с открытым ртом.
— С ума сойти… Илья, слушай… — он подался вперед. — А можно я… ну… если у меня будет какой-нибудь сложный случай… можно я тебе буду звонить? Так, чисто посоветоваться?
— И мне! И мне тоже дай номер! — тут же подхватила Ольга, которая уже успела заметно охмелеть.
— Конечно, ребята, без проблем, — я улыбнулся. — Звоните. Чем смогу — помогу.
Я вытащил телефон, чтобы продиктовать им номер, и краем глаза заметил, как Вероника смотрит на Ольгу.
