В мрачном госпитале империи, где жизнь тщательно охранивалась, он не шевелился, словно в забытьи, глядя на монитор с отрешенной душевной пустотой. Но я понимаю, что время иссякло, и приходится действовать решительно. Я положил руку ему на плечо и уверенно отодвинул его в сторону, заняв место оперирующего хирурга. Уважение к пациенту не должно мешать срочности ситуации — я протянул руку за скальпелем, произнося слова с холодным безучастием....
Похоже, «Лекарь Империи 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он ничего больше не спрашивал.
Кажется, он понимал — для меня сейчас операционная была единственным способом вернуть контроль. В мире, где невидимые враги стирают память и убивают свидетелей в тюремных камерах, хирургия оставалась моим островком порядка. Местом, где действовали законы анатомии, а не подковерных интриг. Где была ясная цель, четкий план и результат, который зависел только от меня.
В предоперационной уже собрались все.
Шаповалов, одетый в стерильный костюм, проверял инструменты. Фролов и Величко, бледные от волнения, нервно переминались с ноги на ногу у стены.
Я быстро переоделся, вымыл руки, погрузив их под струи с холодным магическим дезинфектором. Ледяное голубое свечение на мгновение окутало кисти, смывая не только микробов, но и часть той грязи, что прилипла ко мне в следственном изоляторе.
— Так, хомяки, ко мне! — рявкнул Шаповалов, стоя у светящегося негатоскопа.
Я молча кивнул, принимая вызов. Это была не просто передача полномочий.
— Подойдите сюда, оба, — сказал я уже в роли ведущего.
Хомяки послушно приблизились. Я видел их волнение. Для них это была первая по-настоящему сложная плановая операция, на которой они будут не просто стоять и смотреть, а участвовать.
Время теории закончилось. Начиналась практика.
— Смотрите, — я указал кончиком зажима на раздутый, похожий на сардельку червеобразный отросток. — Это не просто воспаление. Это мукоцеле.
Фролов нервно сглотнул. Величко, и без того бледный, кажется, стал еще белее."
"— Содержимое выльется в брюшную полость, и мы получим псевдомиксому, — продолжил я свою лекцию, глядя не на них, а на снимок.
