Внутри кармана дрожало недовольство. Он цинично улыбался своей победе. Сверкающий замок перед ним словно насмехался над невезением рядом стоящей девушки. Крики ярости и просьбы отворить стекло наполняли воздух, а холодные слова за окном только усиливали гнев.
Меня такие мероприятия вводят в тоску. Но еще подумай, ты этим хочешь заниматься всю жизнь?
Ее брови сдвинулись. Шестеренки заработали. Мне показалось, что она впервые рассуждает о собственных желаниях.
— Я не понимаю...
— Ты не торопись, подумай, — настаивала я.
Эх, понятно, детская травма. Впрочем, многое у Дейзи получилось. Она настолько хорошо вошла в свою роль главы семьи, вела весь быт, следила за обучением младших сестер, их воспитанием, что позабыла о собственных мечтах. И сама поверила в то, что этого она хотела.
Госпожа Уоррен, где бы она ни была, поступила отвратительно, бросив дочь и заставив через это пройти. Пусть брак был неудачен, но бросать детей нельзя никогда. Господин Роберт тоже допустил ошибки, легко повесив бремя главы семьи на старшенькую.
Черт, теперь и мне перед Дейзи стыдно.
— Нет, не этим, — мотнула она головой и опять фыркнула, превращаясь в надменную барышню. — Но тебе легко рассуждать. У тебя есть профессия, ты получила образование, а я...
— Никто не мешает выучиться на целителя, — подсказала ей.
— Стать целителем вроде тебя?
И опять эти недоверчивые нотки. Какая она вредина.
— Это плохо? Будешь помогать отцу или в столице останешься. Ты столько лет провела, разбираясь с семейными проблемами, почему бы не пожить для себя?
Я буквально чувствовала, что она в смешении, что она хочет согласиться, но будущее ее пугает. Оно ведь неизвестное, неизведанное. Насколько сложно девушке, чья жизнь была почти предопределена?
Мы разговаривали очень долго, бесконечно.
Заручившись моей поддержкой, вытянув с меня обещание, что я помогу ей подготовиться к экзаменам, она милостиво согласилась поднатаскать меня во всяких организационных вопросах.
Покинув их дом, я устало вытерла лоб. Перед лужайкой находилась карета, чей герб я сразу же узнала. Меня поджидал Александр.
— Прости, — обнял меня крепко, когда я погрузилась в темный экипаж, — я не утерпел. Ты просила не приезжать, но я успел соскучиться.
