Анна проснулась, но еще долго не могла очнуться. Гул впереди и за окном пробуждал ее страхи: это был не поезд мужа, а предвестник чего-то невиданного и критического для всего их быта. Сердце рвались ужасами будущего, который мог перевернуть жизнь этой немецкой матери двоих детей в одно мгновение....
Хуже идеи не придумаешь. Точно под его автоматную очередь попадаешь, только пошевелись возле него. Нет, надо уходить, ведь партизаны его прикрывают, дают ему возможность уйти, пробраться в город. И Шелестов стал осторожно передвигаться вдоль леса назад, на восток. Пули свистели над головой, иногда сбивая ветки кустарника. Стреляли слева и справа сзади. Впереди никто не стрелял, и там лежало тело убитого Шелестовым врага. Или раненого! Пройти мимо него и краем леса двинуться дальше, на пару километров. И потом к городу.
Кто-то шевельнулся впереди, и Шелестову показалось, что он даже услышал голос. Кто-то ругался вполголоса. Остановившись, оперативник прислушался, но из-за стрельбы ничего было не разобрать. Один или двое? Или больше? Но теперь уходить в лес опасно. «Если они меня заметят, то я свою пулю точно поймаю, – подумал Шелестов и решительно двинулся на звук голоса. – Или я пройду через них, или не пройду совсем». Раздался треск ткани. Кто-то рвал одежду, и кто-то точно стонал. Шелестов остановился, чтобы точнее определить расстояние до источника звука.
Прикинув, откуда ему лучше зайти, решив, что его очертания сейчас должны слиться с темными очертаниями деревьев, он сместился вправо и медленно стал пробираться на полусогнутых ногах, стараясь, чтобы его голова не торчала над кустами. Еще несколько осторожных шагов, и он увидел, как впереди мелькнуло что-то светлое. Судя по всему, это белело в темноте тело человека и его нательное белье.
"Еще шаг, и Шелестов оказался в паре метров от человека в армейском кителе без погон. Он бинтовал грудь другого человека, раздетого по пояс. Или полицаи, или националисты, догадался Шелестов и стиснул зубы от ненависти. Сволочи, предатели родной земли! Он сунул пистолет в боковой карман пиджака, и тут мужчина, стоявший над раненым на одном колене, резко обернулся. Они встретились взглядами. Шелестов бросился вперед, но расстояние все же было великовато, и его противник успел подхватить с земли немецкий карабин.
«Только не дать ему выстрелить и не стрелять самому!» – лихорадочно подумал Шелестов и ударил ногой по руке своего противника. Удар пришелся в локоть, и тот выпустил карабин. Схватив за кисть протянутой в его сторону руки, Шелестов вывернул ее и нанес сильный удар врагу в челюсть. И когда тот отпрянул и упал, Шелестов подхватил трофейный карабин.
