В темном лесу невидимые пути тянутся через облака, где лишь ночное дыхание создает легкий шепот. Маленький трактир за окном напоминает о мире за стенами: вой ворвался, оживленные голоса тут же затихли под леденящим гулом. В этот мир пришел чужак с печалью и цветами утренней росы на плечах....
Я не удостоила ее взглядом: после расправы надо мной на празднике Зимогона Руна была последним человеком, которого мне хотелось бы видеть. Зато за стойкой я увидела Ираха и просияла.
— Глазам не верю! — ахнул тот, едва не выронив кружку с элем. — Илва, ты ли это?
— Я, — улыбаясь, я подошла ближе. — И Энги со мной.
— И когда вы вернулись?
— Да вот только сегодня.
Ирах торопливо вытер руки о засаленный передник, вышел из-за стойки и крепко обнял меня, прижимая к объемистому животу. «Как отец», — мелькнула в голове странная мысль.
— Где же это вы пропадали?
— Лучшей доли искали, — улыбнулась я.
— Не нашли, по всему видать, — фыркнула за спиной Руна. — Ведьмам-то, небось, нигде не рады.
Я обернулась и наконец смерила ее холодным взглядом.
— Мои куры целы?
— Какие такие куры? — ядовито прищурилась Руна.
В моих жилах мгновенно разлился холодный гнев.
— Такие, которых вам Энги на присмотр оставил. Лучше бы им быть целыми, иначе я тебя саму в курицу превращу.
Руна изумленно открыла рот, но тут же закрыла его, и в ее взгляде, к своему удовлетворению, я заметила испуг.
— Да целы, целы твои несушки, что им сделается, — посмеиваясь, похлопал меня по плечу Ирах. — Ну, уважьте старика, угоститесь с дороги. Небось, дома-то не успели ничего состряпать.
— Наш дом разворовали, — спокойно сказала. — Ума не приложу, кто бы это мог быть?
Ирах удивленно округлил глаза.
— Разворовали? Как же так, деточка…
— Да вот так, — ответила я и уже громче добавила, отметив, как притихли голоса в харчевне: — Если к вечеру мое добро домой не вернется, у воров к утру руки отсохнут.
От меня не укрылось то, как испуганный взгляд Руны метнулся на ее руки. Украдкой зыркнув на меня, она тут же спрятала их под фартук.
— Сдалось кому-то твое добро! — фыркнула она нарочито громко. — На хранение я его взяла, в кладовую положила. Добро сделать хотела. А то бы все плесенью пошло, а еду бы мыши изгрызли.
— А печную заслонку моль бы побила? — хмыкнул позади Энги.
— Руна! — нахмурил брови Ирах, но трактирщица проворно шмыгнула в кухню. — Кхм… ты, дочка, не серчай. Я прослежу, чтобы тебе все вернули, если и правда так вышло… Я не знал…
— Не сомневаюсь, — улыбнулась я снисходительно и присела за ближайший стол.
Братьев Риддов, что сидели напротив над полупустыми тарелками, словно ветром сдуло: пересели в самый угол харчевни, потеснив гурьбу батраков. Я едва удержалась от торжествующей улыбки. Так-то.
