В летнее 1945 в СССР шел апогей борьбы с бандитизмом. В Главном управлении милиции НКВД устанавливали местонахождения антикоммунистических группировок, собирая личные данные и готовясь к их разгрому. Кровавая чистка под предлогом борьбы с бандитизмом охватила все уголки страны....
"
"– Тебе чего? – буркнул Кабак, покосившись на непонятного попутчика.
– Я из команды Комова. Просто не светился. Зови меня Миша. Я с тобой знаком, а ты со мной нет. Я тебя полумертвого из катакомб на ремнях тащил.
Кабак вздрогнул.
– Какие проблемы? Какая нужна помощь?
– Помощь не нужна – сами справимся. Нужны кое-какие сведения. Алексея арестовали. Мне нужно узнать, где его закрыли. И еще… У вашего начальника управления есть дача?
Старлей недоуменно посмотрел на собеседника, кивнул и вернулся в контору. Вышел он минут через пять.
– В милицейском КПЗ Алексей. Дача у полковника есть. На Ланжероне недалеко от моря. – Он назвал адрес и добавил спустя несколько секунд: – Два бойца вооруженной охраны, и на ночь во двор выпускают псов. Кавказские овчарки, здоровенные и злобные.
Они распрощались.
«Догадливый, – подумал Фомин. – Он сразу осознал, что брать штурмом КПЗ – безнадежная затея, а вот через высокое начальство вполне можно сработать. Если с ним, с этим начальством, душевно поговорить».
Он вспомнил, как они захватили немецкого генерала вместе с машиной и документами.
Проходя вдоль улицы, Фомин в просвете между домов увидел хлебный фургон, который разгружался во дворе позади магазина.
«А что, нормальный транспорт».
Он подошел к водителю, который курил возле машины.
– Здорово, братишка. У меня к тебе дело есть.
– Какое еще дело? – шофер от неожиданности чуть не поперхнулся дымом.
– Надо пару дней братву повозить.
Фомин назвал сумму вознаграждения, которая составляла годовую зарплату водителя.
Шофер вздернул брови от удивления, но быстро пришел в себя.
– А не обманете?
– Мы выдадим аванс, – заверил его Фомин.
Водитель немного подумал и согласился:
– Можно. У меня будто бы сломается машина, и я буду якобы ремонтировать ее. А на самом деле… Ну, ты понимаешь.
Фомин передал ему несколько крупных купюр.
– Завтра к десяти ноль-ноль подъедешь к железнодорожному вокзалу и встанешь, чтобы тебя видно было.
– Договорились.
Водитель сунул деньги в карман и, соглашаясь, кивнул.
– Тебя как зовут? – поинтересовался Фомин.
– Федя.
– До Лонжерона меня подбросишь, Федя?
– Подброшу. Сейчас разгрузят, и поедем.
Фомин тормознул машину в паре сотен метров от дачи полковника НКВД.
– Подожди минут десять.
Он прошелся туда-сюда мимо кирпичного двухэтажного особнячка.
