Ульяна провела день за закрытыми дверями своего кабинета, каждый документ требовал внимания и проверки. Время течёт так незаметно, что кажется меньше чем неделя, даже когда ты постоянно работаешь. Это второе лето в её должности директора, но каждая минута проходит как будто бы летом не существует....
Криминалисты и прочие сотрудники оперативной группы вели себя раскованно и по-деловому. Время от времени кто-нибудь отпускал безобидную шутку, и это могло показаться кощунством, если бы не истина, которую знали все: что бы ни случилось, нужно работать.
Из спальни вышел криминалист Усачев и, кивнув Ульяне, обратился к Богданову:
– Куда ты пропал? Нужна твоя помощь.
– А что же дежурный следователь? – поинтересовался тот.
– С ним каши не сваришь. Мне нужен ты.
– Как продвигается работа?
– Все своим чередом, вот только ребята жалуются.
– Вдова Качалина здесь?
– Здесь. Медики откачали, но в больницу ехать категорически отказалась.
– Помогает установить, что похитили?
– Да она и сама ничего толком не знает. Здесь куда ни плюнь – одни ценности. Греби сколько хочешь.
– Думаешь, так и было?
– Да не-е-е-т… – протянул Усачев. – Все не так просто.
– Куда уж проще – вспороли ножом живот и ограбили… – к ним подошел черноволосый широкоплечий офицер и замер в нарочито расслабленной позе, слегка сутулясь.
Богданов представил его Ульяне:
– Дежурный следователь, капитан Пантелеев.
– Ульяна Железняк. – Она пожала офицеру руку. – Время смерти установлено?
– С момента убийства прошло не менее двадцати четырех часов, – сказал Усачев.
– Вы сказали, все не так просто. Что имели в виду?
– До того, как убить, Качалина пытали. Он сильно избит, пальцы на руках переломаны. Рядом с трупом лежал полиэтиленовый пакет с характерными признаками орудия удушения.
– К тому же убитый был связан по рукам и ногам, – задумчиво проронил Богданов. – Вот только одного понять не могу. Для того, чтобы убить его, преступник мог просто не снимать с головы пакет. Так нет же… Взял и зарезал.
– Обыкновенный садист. Как видно, получал от этого удовольствие, – сказал Пантелеев.
– И наверняка забрызгался кровью, – добавил Усачев. – Неаккуратно, однако.
– Орудие убийства обнаружили? – поинтересовалась Ульяна.
– Ножа не нашли, но если говорить о характеристиках – это должен быть клинок с широким лезвием, длиной не менее пятнадцати сантиметров.
– Кто обнаружил убитого?
– Жена, сегодня, в четырнадцать тридцать, – сказал Пантелеев, перелистав свой блокнот. – Она уезжала к матери в Москву и вернулась домой после того, как Качалин перестал отвечать на звонки.
– Есть соображения, сколько их было?
– Ясное дело, что убийца действовал не один.
