Ульяна провела день за закрытыми дверями своего кабинета, каждый документ требовал внимания и проверки. Время течёт так незаметно, что кажется меньше чем неделя, даже когда ты постоянно работаешь. Это второе лето в её должности директора, но каждая минута проходит как будто бы летом не существует....
Качалин был довольно крупным, физически крепким мужчиной, в одиночку с ним было не справиться. И, что характерно, следы взлома на входной двери отсутствуют.
– Значит, сам открыл, – задумчиво проронил Богданов и, обернувшись к Ульяне, распорядился: – Идемте в кабинет, кое-что покажу.
Квартира Качалиных была огромной даже по московским меркам. По пути к кабинету Ульяна разглядывала антикварные предметы, которые были расставлены на полках бесконечного коридора. Наконец они уткнулись в двухстворчатую дверь с витражными стеклами.
Пройдя вглубь комнаты, Ульяна вдруг увидела изразцы, которые были разложены на полу каким-то особенным образом: где-то плотно, один к одному, а в иных местах небольшими фрагментами или по отдельности.
Остановившись, Богданов обернулся к криминалисту:
– Ничего здесь не трогали?
– Ты же предупредил. Ничего, – кивнул в ответ Усачев.
– Это хорошо. – Свой следующий вопрос он адресовал Ульяне: – Что скажешь на это?
Она прошлась вдоль разложенных изразцов и заметила:
– Он даже не пытался сложить из них связанный орнамент, как это было на стене и на голландской печи в поместье.
– Тебе это кажется странным?
– Кажется, но не это странно. У меня такое чувство, будто Качалин группировал изразцы по иному признаку. – Ульяна присела на корточки, перевернула на обратную сторону одну плитку, потом вторую и третью. – На ней ничего, кроме каких-то цифр и остатков бетонного раствора.
– Я тоже проверил. Первое, что пришло в голову.
– Ну, говори.
Он оглядел разложенные на полу плитки.
– Все это похоже на пазл с недостающими фрагментами, которыми необходимо заполнить пустые места.
– В поместье их много, – проговорила Ульяна.
– Осталось только выявить принцип и сложить пазл до конца.
– Но что это даст?"
"– Пока не знаю. – Богданов поднялся на ноги и приказал Усачеву: – Федор Кузьмич, сфотографируй все с разных ракурсов, включая крупные планы. И, кстати, где сейчас вдова?
– Где-то там… – махнул рукой криминалист.
Следователь Пантелеев, в свою очередь, указал на гостиную, где на старинном гобеленовом диване сидела немолодая заплаканная женщина.
Богданов присел рядом с ней:
– Можете говорить?
– Теперь уже да, – ответила она и поправила волосы, уложенные в старомодную прическу.
– Меня зовут Игорь Константинович Богданов, я следователь. Буду вести дело об убийстве вашего мужа.
