Давно не было такой сильной и чистой влаги как летний газированный напиток Прежней. Я сидел на лавочке рядом со спортивной площадкой, где играли подростки — будто молниями пронзали плясала серебряная Дарина в футболке и беговые сапоги. В это лето я был волонтером, помогающим детям учится, а не бросаться во все случайно попавшиеся в руки предметы....
В нескольких домах затопили камины!
Это так смешно, так святочно и по-новогоднему уютно, что я хохочу.
Наверное, я выгляжу жутко!
Голая женщина по колено в снегу, посреди апокалипсиса.
Ладно, тянуть не стоит.
Я переворачиваю пространство, обращая ту точку Ровиана, в которой нахожусь, к газовому гиганту.
Наступает ночь.
Только Даут с исполинским кольцом сияет над головой сквозь снежные тучи. Я даже вижу, как по кольцу продолжает идти, будто заводная игрушка, моя громадная фигура. Она на глазах тает, расходится туманом, но упорно идет вперед по своей бесконечной дорожке.
Я смотрю на Даут.
Он слишком мал, чтобы стать звездой, но ему можно помочь. Хотя бы ненадолго."
"Силовой щит между Ровианом и Даутом очень сложен и чрезвычайно устойчив. В случае необходимости он может непроницаемым пузырем закрыть всю планету.
К сожалению для Прежних, я уже убедился, что упрощение лучше всего работает против сложных и устойчивых систем.
Я собираю щит в точку. Спрессовываю плотнее микроколлапсара, которым угрожала Маргарита.
Перемещаю в центр Даута.
И освобождаю.
Даут вздрагивает.
С его поверхности срываются в космос вихри газа, будто внутри водородно-гелиевого пузыря заработала мощная горелка.
Хотя почему «будто»?
Рядом со мной возникает Мод.
Она изменилась, стала выше. Одежда на ней исчезла. Глаза Прежней светятся, с пальцев стекает кипящая кровь и сыплются искры.
– Что ты творишь! – кричит она.
Ну конечно, она вовсе не хочет гибели Ровиана. Ей нужно королевство, которым она станет править.
– Зову Высшего, – успокаиваю я Мод.
Прежняя издает воющий звук, взмахивает рукой, будто собираясь меня ударить.
И тут приходит Высший.
Глава девятая
Разумеется, Высший не является во вспышках света и раскатах грома, подобно древнему богу, спустившемуся с небес.
Даже у них, достигших сингулярности, есть свои ограничения. И одно из них – они способны проявиться лишь в том, кто рано или поздно войдет в их коллективный разум.
Высший проявляется в Мод.
Выглядит это так, словно кукла-марионетка внезапно ожила.
– Чего ты хочешь, чужак? – говорит Высший.
– Всего лишь вернуться домой, – отвечаю я.
– Ты не можешь открыть проход, – констатирует Высший.
– Да.
Высший размышляет. Я чувствую, что он изолировал нас в круге остановившегося времени – это самая сильная из способностей Мод.
