Давно не было такой сильной и чистой влаги как летний газированный напиток Прежней. Я сидел на лавочке рядом со спортивной площадкой, где играли подростки — будто молниями пронзали плясала серебряная Дарина в футболке и беговые сапоги. В это лето я был волонтером, помогающим детям учится, а не бросаться во все случайно попавшиеся в руки предметы....
– Чего прячешься, иди к нам.
– Я не одета, – ответила она с достоинством. – И спать хочу. Болтайте потише, а?
И действительно – прикрыла дверь и исчезла. Я мстительно подумал, что когда она узнает о наших приключениях, то будет очень жалеть, что не услышала о них сразу.
– Уже ухожу, – сказал я. – Ладно, пап. Мне просто надо было узнать, что у вас все в порядке. Завтра день суматошный.
Он кивнул. Помолчал мгновение, спросил:
– Про Юпитер правда?
– Ну это был не Юпитер, покрупнее немного, – уточнил я. – Чистая правда.
Отец покачал головой, и я подумал, что после моего ухода он может и повторить свой «ночной колпак».
День был чудесный.
Бывают в Москве такие летние дни, когда погода становится похожей на прежнюю. Нет ни тропической духоты, ни ливней, ни стремительно набегающих туч. И на тротуарах людно, и машин на улицах много, и, если не смотреть в небо, – все как в детстве.
Ну, почти все. С двумя девчонками я бы гулять постеснялся, засмеют.
А сейчас не стеснялся. Совсем.
И плевать мне на все сложности отношений.
Мы как-нибудь в них разберемся.
Уж если могли существовать единым сознанием, то обязательно разберемся. Главное, мы вместе. И без всяких недомолвок и тайн.
Мы доехали до уголка Дурова на полупустом автобусе, но выйти пришлось на следующей остановке, у аквапарка. Гнездо было оцеплено полицией, мы переглянулись, но ничего говорить не стали.
И, когда вышли, молча пошли по Олимпийскому назад, к украшенному фигурами зверей зданию.
Полицейские были не из отдела «Экс», обычные муниципалы.
– Ребята, проходите мимо, – сказал сержант, когда мы направились к зданию. – Тут закрыто.
– Слон сдох, – поддержал его напарник.
– Слон живой и здоровый, – мрачно сказала Дарина.
– А воняет, как дохлый! – Видимо, второй полицейский ждал этой фразы и заранее заготовил шутку. Он даже тоненько хихикнул, что не очень-то вязалось с его формой и мужественной внешностью. Потом нахмурился, внимательно разглядывая Дарину.
– Я жница, – сказала она. – Пропустите.
Дарина все меньше и меньше напоминала Измененную, но все же цвет глаз и неестественная гладкость кожи ее выдавали.
– Извини, жница, но надо спросить начальство, – вмешался сержант. – Это твое Гнездо?
– Нет.
– Вот! – обрадовался сержант. – Порядок должен быть…
– Скажите, что пришли Максим, Дарина и Милана, – вмешалась Милана.
Он отошел на несколько шагов, забормотал в рацию. Мы терпеливо ждали.
