Давно не было такой сильной и чистой влаги как летний газированный напиток Прежней. Я сидел на лавочке рядом со спортивной площадкой, где играли подростки — будто молниями пронзали плясала серебряная Дарина в футболке и беговые сапоги. В это лето я был волонтером, помогающим детям учится, а не бросаться во все случайно попавшиеся в руки предметы....
Я думаю, если… как только я пойму, кто я и для чего… Высший со мной заговорит.
– А он молчит?
– Как рыба об лед."
"Мы дошагали до дома, молча не хуже моего Высшего. Лифт работал, но мы не сговариваясь пошли по лестнице.
– Наська, если бы пришлось выбирать между Инсеками и Прежними, ты бы кого выбрала? – спросил я, остановившись у своей двери.
– Тебя, – просто ответила она.
И побежала вверх по лестнице, по-мальчишески размахивая руками.
Я дождался, пока ей открыли дверь и послышался рассерженный голос мамы вперемешку с насквозь неискренними объяснениями Наськи.
А потом тихонько вошел к себе и запер замок.
Ничего мне не хотелось – ни есть, ни спать, ни смотреть телевизор, ни читать книжки. И даже если бы Дарина пошла со мной, ничего бы не изменилось. Ни секса, ни разговоров. Я точно так же лежал бы одетым, только плащ сбросив, на кровати, грыз зачерствевший кусочек сыра, найденный в холодильнике, и вспоминал. Не думал даже, а именно вспоминал.
Ровиан. Чш-чшш-жж. Трисгард.
Родные планеты Высших.
Странно, что люди… ладно, не сами люди, а наши предки, Прежние, оказались так непохожи внешне, но так духовно близки с Инсеками. В этом есть что-то противное, я теперь никогда не избавлюсь от мысли, что в каждом человеке таится многоногая тварь.
А вот поросята-тэни молодцы.
Все-таки их Высший получше будет.
Почему?
Я вспомнил странный памятник Соразмерности – мужчину и женщину, которых маленький Карир твердо считал «одинаковыми». Не потому, что не понимал половых различий, там одного телосложения и одежды хватило бы увидеть разницу.
Ну да, наверное, в силу такой вот «соразмерности» порожденный тэни Высший и может находить компромиссы для разных культур.
Я не такой. Мне нравятся тэни. Даже их женщины, когда первая оторопь проходит, привлекательны. Но я четко знаю, что они – это они, мы – это мы.
И это вовсе не значит, что я считаю людей лучшими, превосходящими всех и вся.
Я завозился, сбросил, не вставая, кроссовки. Раздеваться не хотелось. А спать глупо. Мне не нужно высыпаться перед боем: когда Высший проявится во мне, бодрость сама придет. Лучше подумать.
Совсем скоро все мы сойдемся в схватке, я ни секунды не сомневался.
Придут Инсеки, не зря мой старый знакомый клонировал себя и отправил пообщаться со мной перед смертью.
Придут Прежние, я сам их позвал.
