Давно не было такой сильной и чистой влаги как летний газированный напиток Прежней. Я сидел на лавочке рядом со спортивной площадкой, где играли подростки — будто молниями пронзали плясала серебряная Дарина в футболке и беговые сапоги. В это лето я был волонтером, помогающим детям учится, а не бросаться во все случайно попавшиеся в руки предметы....
И позволил доставшемуся мне когда-то смыслу развернуться и увидеть их связь.
Мальчику было очень страшно, но, когда воспитательница всех уводила, он остался, спрятался – в кровати, под одеялом, в самом надежном укрытии для любого ребенка.
Он не мог уйти – то, что было куда больше его, знало о приходе Миланы, кричало внутри и подсказывало каждый шаг. Научило, как отвлечь воспитательниц, как укрыться, утешало и уговаривало ждать.
Поскольку это было важнее всего, важнее его страхов и его жизни. Он не смог бы это сказать и объяснить, он сам этого не понимал.
А до меня уже дошло.
К Милане прижимался маленький тэни, в нашей реальности породивший тот смысл, что достался вначале Измененным, потом мне, а в итоге – ей.
Ну а здесь смысл остался с ним. Непроявившийся, не выловленный технологиями Продавцов. Этот беспомощный малыш – основа Высшего.
Во что же мы ввязались-то на самом деле?
Часть вторая
Глава первая
Маленькие дети все время болтают. Во всяком случае, мне так кажется, я ведь не специалист, братьев и сестер у меня нет, кроме Наськи.
Этот чужой малыш молчал, мы даже имени его не знали. Сидел на руках у Миланы, временами поглядывал то на меня, то на Дарину. Но ощущение было такое, словно он ни в ком, кроме Миланы, не нуждался. Словно у них шел беззвучный диалог, наподобие общения Измененных через Гнездо.
Милана помогла ему одеться, потом отвела в соседнюю комнату и напоила соком из кувшина.
Я хотел было пошутить насчет «включившейся мамочки». Видал я такое, и не раз, когда самые оторванные и хайповые девчонки при виде малыша начинали сюсюкать и возились с ним, позабыв все на свете.
Но тут явно было другое, и я смолчал. Отошел к выбитому окну, оглядел улицу. Тихо. Ну это, допустим, работает шумоподавитель. Пустынно. Трехколесный автобус, мусор, осколки стекол. Несколько столбов дыма в стороне.
Бой еще идет. Полиция и армия тэни давно уже были бы подавлены, значит, сражаются Измененные и ровианцы.
Есть у нас выбор?
Нет у нас выбора, даже Иван это понимал. Мы можем принять лишь одну сторону. Присоединиться к Измененным и биться за Инсеков.
Я осмотрел ситуацию со всех сторон и решил, что это может получиться.
