Автор
В теплое уютное кафе пришел молодой человек по имени Лев. Он зачитывался историей о знаменитом физике Роберте Оппенгеймере, стремясь стать таким же творцем разума. Однако несмотря на это, он все еще ставил под сомнение свои способности. Внезапно Шева, его друг и компаньон по химии, извинился за ранее задуманную бомбу. Лев убежден, что сможет сделать ее лучше, но не уверен в себе. Это острое описание душевной борьбы и желания стать кем-то большим....
Спросил, показывая на свою щеку:
- Чё это у тебя тут?
- Отец врезал.
- А-а-а, – легкомысленно протянул Шева. – Как обычно.
Лёва смерил его сердитым взглядом. «Красный» переключился на «зеленый» и они одновременно шагнули на зебру.
- Вообще-то это из-за тебя, - оповестил Лёва как бы между делом.
- А я тут причём?
- Из-за клея. Он подумал, что я его нюхаю.
Шева пожал плечами:
- Сам виноват. Не надо было выкидывать.
От возмущения Лёва затормозил перед школьным крыльцом. Шева, не заметив этого, взметнулся по ступенькам вверх, и уже потом обернулся на Лёву.
- Я… Я вообще-то помочь пытался.
- А я просил мне помогать? – хмыкнул Шева.
Лёва не сразу нашёлся, что и сказать. Неспешно поднявшись по ступенькам, он поравнялся с Шевой и, стараясь скрыть обиду в голосе, проговорил:
- Я мог бы сказать ему, что ты токсикоман, а он бы рассказал твоему отцу, и… И ничего бы не было!
Последнее Лёва понял с некоторым изумлением: ведь действительно – ничего.
- Тебя дома не бьют, – напомнил он Шеве. – Но я всё равно подставился вместо тебя.
Говоря это, Лёва чувствовал, что лукавит, что помочь Шеве можно гораздо проще: всё рассказать его родителям. Они уважаемые люди, работают в университете, отец – математик, мать – краевед. Непонятно только, в кого Шева такой дундук. Но если они узнают, они, наверное, смогут сделать всё правильно, проследят за ним.
«И он больше никогда с тобой не заговорит», – мрачно ответил Лёве внутренний голос.
«Зато будет здоров», - он начал спор сам с собой.
«А что тебе важнее?»
Шева сбил его с мыслей:
- Я знаю, почему ты мне помогаешь, – он показал в воздухе кавычки.
Лёва сделал вид, что это был вопрос:
- Потому что я твой друг.
- Ага, - саркастически закивал Шева. – Гомик ты, а не друг. Думаешь, я ничего тогда не заметил?
Первое, что пришло в голову Лёве: включить дурачка. Мол: «Когда тогда?» или «Что ты мог заметить?», но задавать эти вопросы всерьёз не хотелось. Лёва и сам знал на них ответы.
- Это я тебе помогаю, – пятясь к дверям, бросил Шева. – Тем, что молчу.
- Звучит, как начало шантажа, - холодно заметил Лёва.
Шева прыснул:
- Я не собираюсь тебя шантажировать. Если бы хотел, начал бы ещё вчера: «Я всем расскажу, если не отдашь мне клей», - он передразнил сам себя. – Но я же этого не сказал. Потому что я хороший друг.
- Я должен сказать тебе «спасибо»? – уточнил Лёва.
