В Лезгинке по-русски рассказывается о стремлении небольшой группы людей изменить судьбу целого народа. Они ищут единомышленников в России, где тайно сохраняется культура лезгинской этнической общины на грани исчезновения. Постепенно литература и искусство становятся инструментами для вытравления их социальной сущности, лишая художников способности видеть правду о ней. Эта книга как камень в молоток для трагической эпопеи угасания самосознания народа....
Но… – Джабраил сразу нашел возражение, которое Сергей Палыч, как оказалось, предвидел заранее. – Мы наживем этим неприятности на голову группы."
"– Я и это учитываю. Но в настоящее время в лаборатории не такая уж сильная охрана, чтобы принимать ее всерьез. Пополнение подбросить они не успеют, поскольку я планирую начать атаку сразу после твоего возвращения. Американцы всегда излишне самоуверенны. Они могут вообще не вызвать подкрепление. А если и вызовут, то не сделают этого срочно. Мы успеем. Главное, ты должен узнать систему охраны в дополнение к тем данным, что выложил нам Элизабар.
– Меня, кажется, звали?
Элизабар Мелашвили услышал собственное имя с расстояния в пять шагов, хотя разговаривали подполковник с капитаном негромко. Но саму суть разговора он уловить не мог, хотя и в этом не было бы ничего страшного. Все равно грузинского подполковника было необходимо поставить в известность о новом обороте дела и о том, где и при каких условиях он получил ранение согласно новой легенде.
– Звали, – сказал Сергей Палыч громко. – Догоняй, если не спишь на ходу и можешь головой работать, есть предмет для обстоятельной беседы.
Мелашвили прибавил ширину шага и быстро догнал российских офицеров.
– Как ты первоначально хотел сказать Лоренцу – где умудрился пулю схлопотать?
– Перестрелка с милицией, – предложил Элизабар свой вариант. – У наркоторговцев это дело обычное и почти обязательное. Меня предупреждали еще перед выходом к границе. Помощник Лоренца капитан Солтон предупреждал, чтобы я был готов к такому развитию событий.
– Теперь слушай меня внимательно: попробуй стать на какое-то мгновение полковником Лоренцом и задавай вопросы с его стороны. Можешь делать это собственным голосом и без их акцента. А я пока побуду капитаном Дидиговым… Готов?
– Готов, – согласился грузинский подполковник.
И Занадворов в подробностях, которые продумал загодя, стал выкладывать суть выдуманного происшествия, оперируя при этом как географическими понятиями, так и знанием отношений между бандитами и чиновниками.
– Есть вопросы? – спросил спецназовец.
– Пока не возникло. Но могут возникнуть позже, когда я все это в голове переварю. Значит, и мне следует писать свой рапорт в соответствии с этим рассказом?
– Если капитан Дидигов будет рассказывать это, а ты в рапорте напишешь другое, я не знаю, кого из вас первого расстреляют, – сухо заметил Сергей Палыч.
