В Лезгинке по-русски рассказывается о стремлении небольшой группы людей изменить судьбу целого народа. Они ищут единомышленников в России, где тайно сохраняется культура лезгинской этнической общины на грани исчезновения. Постепенно литература и искусство становятся инструментами для вытравления их социальной сущности, лишая художников способности видеть правду о ней. Эта книга как камень в молоток для трагической эпопеи угасания самосознания народа....
Это мешало правильно рассчитать свои возможности и понять, где следует прибавить скорости, а где можно соблюдать естественную осторожность. И потому рисковали даже там, где требовалось передвигаться медленно. Но подготовка позволяла преодолевать многие преграды. Хамзат старался не отстать от офицеров – он к этому пути был более привычен, многократно проходил его; тем не менее сил не хватало, чтобы выдерживать высокий темп, и мальчишка отстал. Но ждать его никто не стал, надеясь завершить обязательный предстоящий бой до того, как Хамзат догонит группу.
Так миновали перевал, самостоятельно отыскивая проход. Спуск, вопреки обычному, дался легче подъема – потому, наверное, что тяжелая авиация когда-то бомбила только один склон и не наворотила обломков скал со стороны спуска. Но, главное, находясь на середине спуска и завершив очередной поворот, спецназовцы увидели и здание метеостанции, и бандитов, что приближались к ней. И даже двух людей, мужчину и женщину, что стояли рядом с небольшим щитовым домиком и молча ждали подходящих.
– Громобой, – позвал подполковник снайпера. – На позицию!
– Понял, – отозвался старший лейтенант Шумаков. – С кого начинать?
– Всех троих, если сможешь.
– Попробую.
Но до метеостанции бандитам оставалось дойти совсем немного.
Оптический прицел «Винтореза» был закрыт жестким пластиковым футляром. Пока старший лейтенант готовил оптику, пока передергивал затвор, метеорологи и бандиты уже встретились у порога и остановились, разговаривая.
Занадворов поднял бинокль. Присмотрелся.
– Громобой! Пробей ногу тому, что с американской винтовкой. Он других рассмотреть мешает. Стреляй осторожнее. Нас настоятельно просили захватить их живыми. И, желательно, не полными инвалидами. В мягкие ткани стреляй…
Дистанция была не настолько большой, чтобы долго прицеливаться, учитывая ветер и сопротивление воздуха. «Винторез» вообще собственной метеостанции не имеет и не предусматривает суперсложную стрельбу.
– Сделано, командир, – сдержанно сказал снайпер. – Большего не могу.
Подполковник Занадворов и сам увидел, что на большее у старшего лейтенанта Шумакова времени не хватало. Два других бандита уже по-хозяйски входили в маленькое здание метеостанции, а за ними, закрывая их собой, двинулись метеорологи, родители Хамзата."
"Но и то, что сделал снайпер, хватило, чтобы вызвать переполох.
