Ночь царила в этой комнате как бы невесёлая, мрачная. Когтистой лапой сжала моё сердце, дыхание перехватило, и вдоль позвоночника пробежал ледяной холод нехорошего предчувствия. Медленно переводя взгляд от огня в камине к вытканным гобеленам с кровавыми битвами, я ощущала непреодолимое желание встать и уйти....
Мало того, в моих землях завёлся тёмный, а ещё куча других забот и проблем, так что как невеста я так себе…
– Хм… с твоей стороны я выгляжу и правда очень подозрительным или сумасшедшим, – усмехнулся мужчина, накрывая своей ладонью мою и, не заметив от меня сопротивления, слегка её сжал.
– Рада, что ты это осознаёшь, – с улыбкой произнесла, тотчас поспешив добавить, – но я искренне тебе благодарна за помощь и заботу. Твоё появление оказалось очень кстати, ты замечательный и не похож на остал…
– Тогда прекрати сопротивляться нашему союзу и прими меня.
– Опять?! Я полагала, мы всё обсудили, и ты согласился.
– Чего ты боишься, Лиат?
– А ты? – рывком села в кровати, пристально посмотрев на мужчину, – Рейнир, чего боишься ты?!
– Потерять тебя и сына… однажды я уже лишился дара Владычицы, – нехотя ответил коннетабль, не отводя от меня свой тёмный как чернильная ночь взгляд.
– Потерять меня? – переспросила, признаться, на мгновение решив, что Рейнир и правда сошёл с ума, но тот, горестно рассмеявшись, замолчал и только спустя десять гнетущих минут тишины вновь заговорил:"
"– Её звали Эмма, нам было всего по восемнадцать лет, когда нас объединил камень её рода.
– Мне жаль…
– Сила дара в нашей дочери свела её с ума. Я мог это изменить, всего лишь должен был находиться с ней рядом. Настоять… не хотел принуждать… я виноват, мне повезло получить одарённую, Владычица даровала мне дочь, а я не уберёг.
– Хм… – растерялась, не сразу подобрав правильные слова, но этого и не потребовалось, лорд Рейнир продолжил:
– Одарённой Владычица награждает только раз, и я был счастлив, когда твой родовой камень нас объединил. И сделаю всё, чтобы ты и ребёнок не пострадали…
Глава 38
В ту ночь я так и не нашла правильных слов и промолчала. Но коннетабль, по-моему, и не ждал от меня никаких жалостливых фраз.
