Ночь царила в этой комнате как бы невесёлая, мрачная. Когтистой лапой сжала моё сердце, дыхание перехватило, и вдоль позвоночника пробежал ледяной холод нехорошего предчувствия. Медленно переводя взгляд от огня в камине к вытканным гобеленам с кровавыми битвами, я ощущала непреодолимое желание встать и уйти....
– Леди Лиат, не вынуждайте меня тащить вас силой, – шутовски поклонился капитан, слегка дёрнув меня за руку, и потянул за собой.
– Арен, какого чёрта?! Не сметь ко мне прикасаться! Немедленно отпусти! Что ты сделал с Марен! – проорала в ответ, едва ли не задыхаясь от вдруг охватившей меня паники и страха за подругу. Предательство Арена для меня было неожиданным, но всё же, я должна была сообщить о нём, надеюсь, следующим за нами людям коннетабля, – стража! Я глава рода Эсхейм, взять капитана!
– Ты подстилка моего отца и дурачка-братца! – с яростью выкрикнул мужчина, больно дёрнув меня за руку, – пошла!
– Отца? Гуннир был твоим отцом?! – потрясённо выдохнула, едва не запнувшись о торчавший из земли корень.
– Да! Он любил похаживать к красивым девушкам деревни, но не всем удалось понести от главы рода. Только моя мать смогла выносить потомка Гуннара Великого! – самодовольно выкрикнул мужчина, с силой пихнув меня в спину, – пошла!
– Ты пожалеешь об этом, – сквозь зубы процедила, послушно двинувшись за капитаном, получив ещё один болезненный толчок в спину, зло добавила, – за всё ответишь.
– Заткнись! – рявкнул Арен, снова дёрнул меня за руку, заводя вгустую, непроглядную чащобу.
Первое, что я увидела это огромный камень в центре ровной поляны, вокруг которой не было ни одной травинки. Голая, чёрная, маслянистая земля… и каменный столб, к которому была привязана нянька Ханны. Старушка безвольно повисла на кожаных ремнях, её седые волосы были всклокочены, платье порвано, руки изодранны, будто женщина сопротивлялась.
"Вокруг судя по выемкам и углублениям, жертвенного камня были установлены шесть небольших чёрных как смоль валунов, на один из них положили так и не пришедшую в себя Марен, на второй усадили невменяемую Бергит, на следующий пихнули меня, так что я едва не свалилась.
– Осторожней! Она и её ребёнок нам пока нужны живыми! – раздался знакомый сиплый голос и из-за камня вышла Ханна. Сейчас она не была похожа на тихую молчунью. Горделиво вскинутый подбородок, надменный взгляд и презрительно поджатые губы.
– Значит, это ты, – горько усмехнулась, настороженно следя за помешенной, – зачем Ханна?
– Не твоё дело! – отрезала девушка, чиркнув по руке няньки огромным до блеска наточенным лезвием, но та даже не шелохнулась. И видимо, Ханну это не устроило и она, медленным шагом поплыла в нашу сторону.
– Ханна, мы же подружились, – продолжила я, невольно прислушиваясь к звукам за своей спиной, но, кажется, нас никто не спешил спасать.
