Женщина решительно отказывается от предложенной ей сделки - денег за секс с дочерью судьи. Ее отчаянное упорство нарушает линию, привычную для такого судебного процесса, и создает неоднозначную атмосферу растущего недовольства.
– Что ты тут делаешь? – На ее лице удивление сменилось растерянностью. И радостью, которую она даже не пыталась скрыть.
– Это тебе. – Евгений вручил ей цветы, точнее, впихнул и забрал чемодан. – Пошли…
– Жень…
Он перехватил рукой ее ладонь и потянул за собой.
К себе. В машину. Подальше от всех.
А там…
Закинул чемодан в багажник, распахнул переднюю пассажирскую дверь, не особо тактично подтолкнул Тому вперед, не упустив возможности провести рукой по ее аппетитной попке.
Тамара что-то попыталась сказать, но он ее не слушал.
Не сейчас…
Обойдя машину, сел и сразу же притянул ее к себе. Она пискнула, протестуя, но ему оказалось все равно. Поздно. Он спустил внутреннего зверя с цепи, и тот скорее сдохнет, чем откажется от Томы. От возможности прикоснуться к ней, втянуть ее сладкий запах в себя.
Первые секунды Тамара упиралась, даже что-то пыталась сказать ему прямо в губы. Нихера! Тихонов и не думал слушать. Он жадно брал ее поцелуй, положив руку на затылок, чтобы уж наверняка. Чтобы никуда не делалась…"
"Тома обмякла, застонала и обвила его шею руками.
Он разорвал поцелуй, но отлипать от Томы не спешил. Так и дышал ей в лицо, ловя ее дыхание.
– Жень, ты чего? – прошептала она, едва слышно, явно не желая отсоединяться от него и нарушать то единение, в котором они оказались.
В ее глазах можно утонуть.
Евгений чуть скривил губы и стараясь смягчить тон, выдал:
– Дай мне пару минут. Я отойду.
– От чего? – тихо поинтересовалась она, мягко улыбаясь.
И от ее улыбки тоже можно сойти с ума. А еще смотреть на нее часами, наслаждаясь тем, как она блуждает на любимом лице. Такая счастливая…
– От того, что встретил твоего знакомого в зале. Думал, он за тобой.
Брови Томы взметнулись кверху.
– Кого?..
– Потом, – отмахнулся Женя, снова нависая над девушкой.
Та стихла.
Быстро облизнула губы и потянулась к нему. На этот раз целовала она.
– Поехали.
– Куда?
– Матери позвони, скажи, что задержишься.
Тома откинулась на спинку кресла и снова притихла. Он едва ли не физически чувствовал ее смятения и сомнения.
– Я звонил тебе все эти дни, – буркнул он, заводя двигатель и выезжая с парковки.
– Знаю.
– Почему не ответила?
Риторический вопрос.
Тома повела плечами и достала телефон.
