Они шли почти вплотную друг к другу, и Доминик все время чувствовал затылком тяжелое, испуганное дыхание Йенса.
День еще не вступил в свои права, как их остановило новое препятствие. Бурное таяние снега этой весной смыло тропу в реку. Теперь вместо твердого дерна под ногами у них чавкала липкая глина.
— Здесь нам никак не пройти, — сказал Доминик, и Фольке жалобно застонал. — Замолчи, Фольке, надо не стонать, а искать выход. Попробуем спуститься к реке и перейти на другой берег.
— Но здесь такая крутизна! — испугался Фольке.
— Не умирай раньше смерти! Спустимся!
— Но ведь другие здесь проходили, — заметил Кристоффер. — Может, попытаться пройти верхом?
Они подняли головы. Их окружали отвесные каменные стены.
— Нет, здесь не пройти, — ответил сам себе Кристоффер. — Придется спускаться. Хотя, как мы потом поднимемся обратно, Бог знает.
Спуск оказался тяжелым. На склоне росли редкие ели, люди цеплялись за них и каждый раз неохотно выпускали из рук ветки. Йенс вывихнул ногу, ступив между двумя камнями, но старался скрыть это от других.
«Либо он герой, либо представляется перед Виллему, — подумал Доминик. — Виллему! Я обязан вывести ее отсюда живой и невредимой: ни один мерзавец не должен коснуться ее, ни один разбойник!»
Доминик сильнее сжал ее руку, и она жалобно вскрикнула. Внизу под ними был обрыв.
На дне обрыва зияли черные пещеры, в которых находили себе убежище вольные стрелки. Громадные камни, задержавшиеся во время обвала, могли в любую минуту сорваться, и тогда ничто живое не уцелело бы в этом ущелье. Отряд обогнул уступ, поросший редкой травой. Виллему вздрогнула, Доминик понял, что она вспомнила обрыв над омутом Марти. Желая ободрить ее, он на мгновение прижал ее к себе. Виллему взглянула на него с благодарностью.
У Кристоффера разжались руки, и он заскользил вниз по крутому склону, ему с трудом удалось остановить падение. Остальные медленно, тоже рискуя сорваться, спустились к нему. Все опасались, что он расшибся и не сможет дальше идти. Но Кристофферу повезло, и он отделался мелкими ссадинами.
Шум реки слышался совсем близко.
Еще немного, и они наконец спустились к реке.
Всех страшил предстоящий новый подъем.
Виллему окинула взглядом почти отвесную стену. Высоко над ее головой уходили в небо скалистые вершины. Она с трудом понимала, как им удалось уцелеть во время спуска. Знай она, как это высоко, она бы вряд ли решилась сдвинуться с места.
— Может, нам лучше остаток пути идти низом? — предложил Кристоффер.
