Исповедь человека, который десять лет был в тени, убивая тех, кого боялась вся страна. Криминальная автобиография легендарного киллера, раскрывающая историю его жизни, мотивы преступлений и секреты безнаказанности в лабиринте российского криминала девяностых годов.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ликвидатор. Исповедь легендарного киллера»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Исповедь человека, который десять лет был в тени, убивая тех, кого боялась вся страна. Криминальная автобиография легендарного киллера, раскрывающая историю его жизни, мотивы преступлений и секреты безнаказанности в лабиринте российского криминала девяностых годов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Исповедь человека, который десять лет был в тени, убивая тех, кого боялась вся страна. Криминальная автобиография легендарного киллера, раскрывающая историю его жизни, мотивы преступлений и секреты безнаказанности в лабиринте российского криминала девяностых годов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На сколько же все были шокированы, когда под конвоем на процедуру привели совершенно наголо бритого заключённого, то есть даже с блеском бильярдного шара и улыбкой Чеширского кота, и это на фоне двух обросших бородачей! Возобновить заново, в другое время, процедуру не представлялось возможным, поэтому в обход всем законным актам, свидетель признал его и так, несмотря на то, что в принципе лица его не видел никогда — лишь глаза в прорези опущенной до подбородка шапки. Эх, времена, эх, нравы!"
"Отправили его на восемь лет в Иркутск, но через пятилетку мы уже встретились на юге Испании, в доме его брата «Оси», и я с интересом слушал его длинный рассказ. Несомненно, жизнь его научила многому, одновременно закалив многие качества, но на вопрос: «Что собираешься делать?» — он ответил: «Что брат скажет». Его зубы, все, кроме задних восьми, были потеряны во время следствия, а новые ещё не вставили, и звучало это хоть и печально, но улыбку всё же вызвало.
Правда ли, нет ли, но «Ося» рассказывал, что беззаботная жизнь в лагере обходилась около пяти тысяч долларов в месяц. На эту сумму существовали не только некоторые сотрудники, но и ползоны, включая проституток, которых к нему привозили не реже раза в две недели. А еще — достойное питание с хорошим столом, насколько возможно, вседозволенность и гарантия ухода по УДО.
У Гусятинского было несколько иначе. Обладая неограниченной властью над другими, он не мог властвовать над собой, страх сковал его, и чтобы как-то развеять сковывающий ужас от нового, непривычного положения нахождения в тюрьме, он ежедневно требовал общения с адвокатом, на что и работала наша, вовремя созданная контора «Согласие» во главе с Ильёй Рыжковым и с уже имевшими на тот период вес Мидлиным, Долей и Кононенко.
Беседы сопровождались написанием длинных писем, ксерокопии которых Андрей мне передал перед поездкой в Киев, дабы разбить в пух и прах, возможно, оставшееся хорошее мнение о шефе. Письма — «малявы», на нескольких плотно сжатых, исписанных мелким почерком страницах — содержали просьбы, редко указания по делу, а порой проскальзывали и мольбы о скорейшем освобождении, перекрывавшие своим объемом и энергетическим выплеском темы семьи, бригады и даже недавно родившейся дочки.
«Иваныч» заботился о нём, как о себе, всегда была готова любая сумма.
