В холодном зале аптеки Лиса встретила мужчина с невероятно холодным взглядом, который казался отражением самого хладнокровного льда. Здесь каждая капля лекарства и каждый ингредиент были словно пронизаны молнией, создавая атмосферу неотвратимой опасности и глубокой таинственности....
У Ксандера, дворянина на государственной службе, был паспорт, позволявший ему когда угодно покидать столицу, мне, чтобы уехать куда-то самостоятельно, понадобилась бы подорожная, а паспорт заменяла грамота о дворянстве, свидетельствующая, что имена представителей рода Монро, в том числе и Алисии, вписаны в Дворянскую родословную книгу столицы.
Я сложила папку с документами в сумочку, и мы направились в банк. По дороге я несколько раз попыталась оглянуться, чтобы увидеть, потащился ли с нами Айгор, но муж притянул меня за талию и прошептал на ухо:
– Не вертись.
Значит, все-таки потащился. Тогда и в самом деле много чести паршивцу – дать понять, что меня беспокоит его присутствие.
Банковский служащий, обходительный молодой человек, изучил грамоту куда внимательней, чем в нашем мире рассматривают паспорта, только что на зуб не попробовал. Сверился сперва с пухлым талмудом, судя по обложке – выпиской из той самой родословной книги, потом долго копался в толстых тетрадях и в конце концов подтвердил, что Алисия Монро действительно является владелицей вклада.
– Желаете снять? – спросил клерк.
– Нет. Мне надо подумать.
Очень хорошо подумать и не предпринимать ничего, пока я не уложу в голове здешние цены. Почти четыре годовых жалования придворного целителя – это много? Судя по реакции Ксандера – да.
– Лиска, попробуй выглядеть не такой радостной, – посоветовал Ксандер, когда мы выходили из банка. – Сделай хотя бы такое лицо, как на свадьбе.
Мне даже думать не хотелось, какое лицо у Алисии было на свадьбе. Все же я честно попыталась, и муж покачал головой.
– Да, актриса из тебя никудышная. Я тут подумал, зачем тебе, собственно, лезть в мужские дела, зелья, деньги – это все не для женского ума, а у тебя и так все…
Я хватанула ртом воздух, собираясь высказать все, что думаю, о людях, которые переобуваются в прыжке, а он добавил тем же тоном:
– Отлично, ровно то выражение, какое нужно. Чтобы закрепить эффект, пойдем-ка побеседуем с придворным зельеваром. Вон его лавка.
