В холодном зале аптеки Лиса встретила мужчина с невероятно холодным взглядом, который казался отражением самого хладнокровного льда. Здесь каждая капля лекарства и каждый ингредиент были словно пронизаны молнией, создавая атмосферу неотвратимой опасности и глубокой таинственности....
– Я шмыгнула в лабораторию, оглянулась, убедившись, что за мной не наблюдают, подхватила зелья, вернулась к мужу. – Я нашла это в «вечном ящике»."
"В конце концов, раз он называется «вечным», почему бы внутри не осталось то, что готовил прежний хозяин? К слову, а в самом деле, почему не осталось ничего, кроме книг? Или отец Алисии сам убрал все, зная о предстоящем аресте, и положил в тайник послание для дочери? Или это сделала его жена, чтобы в зелья не подмешали яд, превратив в доказательство вины? Кто сейчас скажет?
Ксандер отцепил с пузырька привязанный лист бумаги, на котором я, как полагается, написала название лекарства, состав и способ применения.
– Как интересно, – протянул он. – И в «вечном ящике» были именно эти три зелья? Больше ничего?
– Еще «простое притирание», – глядя на него честными глазами, сказала я. – Принести?
– Принесите.
Я сходила за баночкой с кремом. Ксандер покрутил ее в руках, понюхал, изучил этикетку – такую же, написанную от руки и привязанную толстой ниткой к банке.
– Слишком простое притирание для работы Монро, – задумчиво произнес он, открыв крышку и принюхиваясь. – Он даже моему отцу делал сложнее.
– Вашему отцу?
– Для рук. Целители часто моют руки, кожа сохнет и трескается… – По лицу Ксандера пробежала тень.
– Можно, – не стала жадничать я.
В конце концов, я себе еще сделаю, и от пары дней без крема со мной ничего не случится. Даже приятно будет вспомнить те благословенные времена, когда из всего ухода можно было обходиться одним умыванием.
– Спасибо, – серьезно ответил он. Вскинул голову, как будто что-то вспомнил. – Я совершенно забыл, что женщинам нужны притирания и косметика.
– Хорошо, спасибо. – сказала я.
Что, спрашивается, на уме у этого человека? То гадости говорит, то, вот, сходи за косметикой и ни в чем себе не отказывай… Видимо, все это отразилось у меня на лице, потому что Ксандер усмехнулся, но не зло, а как-то задумчиво.
– Все же я обещал заботиться о вас, а обещания надо выполнять.
Обида скрутилась внутри колючим комком.
