В темном доме шуршит дверной звук, Эмилия открывает глаза — и ощущает неопределенное напряжение в полутьме. Мгновение стойки заставляет ее сердце биться как лошадь на переполненном путях, пока она пытается разобраться во что-то замaskированное у входа.
Нолан схватил его крепче, сжав руку в стальной хватке, из которой Саймон ни за что бы не вывернулся, и с поразительной силой потащил вверх по каменной лестнице. Уинтер поспешила за ними, и вскоре они выбрались из ямы.
И их глазам открылась резня.
До этого стены ямы скрывали бόльшую часть бушующей битвы, а теперь перед ними предстал весь её ужас: каждая рана, каждый наполненный болью крик – и страх.
В глазах потемнело, грудь сдавило. Стало сложно дышать.
Саймон словно вернулся на остров Звериного короля. Шарлотту спасли – Одичалым не за что было сражаться.
– Не тормози, – прорычал Нолан, протаскивая его мимо сражающихся солдат сквозь вихрь орудий, острых клинков которых удавалось избежать только чудом. Крики, отражающиеся от стен тронного зала, пронзали Саймона подобно иглам, но он насилу втянул в себя воздух и поспешил за братом на подгибающихся ногах. До коридора, ведущего на склад, было совсем недалеко. Если они смогут пробиться в пещеры – всё будет хорошо.
Но у самого выхода путь им преградил офицер в порванной форме и с разбитой губой, направивший арбалет прямо на Нолана.
Вадим.
Время, казалось, замедлилось, и на мгновение ноги Саймона примёрзли к полу. Не получалось ни шевельнуться, ни придумать что-нибудь – только и оставалось, что смотреть, как пламя факела отблёскивает на смертоносном наконечнике болта. Но за мгновение до того, как Вадим выстрелил, что-то внутри оборвалось.
Нет уж, Саймон не собирался умирать – и не собирался смотреть, как умирает Нолан.
Бросившись к брату, Саймон сбил его с ног, и они вместе повалились на гладкий каменный пол. Нолан не пострадал – но арбалетный болт зацепил руку Саймона, и он, зашипев от боли, выронил Камень Судьбы.
Нолан выругался, поморщившись и потерев локоть.
– Ты в порядке? – спросил он у Саймона.
– Да, – ответил он, сжимая руку, пылающую болью. – Камень…
Он не договорил: Вадим, яростно скалясь, вновь вскинул арбалет.
– Только попробуй!
Что-то серое мелькнуло в воздухе, а потом врезалось в Вадима, отбрасывая его ко входу в коридор. Его арбалет с грохотом рухнул на пол, и только когда нападавший пинком отбросил его в сторону, Саймон понял, кто пришёл к ним на помощь.
Катарина.
Вадим, ругаясь, попытался вытащить дубинку. Но Катарина оказалась быстрее: мгновение спустя её кулак уже врезался ему в нос.
