В темном доме шуршит дверной звук, Эмилия открывает глаза — и ощущает неопределенное напряжение в полутьме. Мгновение стойки заставляет ее сердце биться как лошадь на переполненном путях, пока она пытается разобраться во что-то замaskированное у входа.
Но что бы ни случилось, он знал, что останется с Шарлоттой. Что будет искать Эмилию, пока они не узнают, что с ней случилось. И он был уверен: окажись Шарлотта на его месте, она бы поступила так же.
У него не было выбора, а у его друзей – был. Поэтому после отбоя они с Джемом выскользнули из комнаты и пошли к Уинтер и Ариане. Они понимали, что рискуют, учитывая напряжение, царившее в лагере Одичалых, но тянуть было нельзя.
– Что случилось? – спросила Ариана, поспешно пропуская их в спальню. Комнату освещала лампа, стоящая на тумбочке и отбрасывающая на стены длинные тени; Ариана присела на кровать к Уинтер, а Саймон с Джемом устроились напротив.
– Нужно поговорить, – серьёзно сказал Саймон.
– Так, это явно не к добру, – вздохнул Джем. – Вот только не надо пытаться отправить нас обратно в Нью-Йорк, ладно? Потому что…
– Уже поздно, – сказала Ариана. – Пока ты был у Шарлотты, мы всё обсудили и решили, что остаёмся.
– Но… – Саймон, не сдержавшись, глянул на Уинтер. Та помрачнела.
– Только попробуй приплести меня, – сказала она.
Саймон закусил губу.
– Но ты больше не можешь превращаться, – виновато сказал он.
– И что? Когда я вообще хотела быть дурацкой змеёй, – фыркнула она, но в голосе всё равно слышалась боль. – Я и в человеческом обличье немало умею вообще-то. Ариана меня подучит.
– Не просто подучу, – сказала Ариана, беря Уинтер под руку. – Ты у меня станешь опаснее всякого щитомордника.
Саймон помедлил.
– А вдруг это повторится? Вдруг вы все лишитесь сил?
– Мы будем осторожны, – сказал Джем. – Ты всё равно нас не переубедишь. Я очень не хочу возвращаться домой на лето.
Ариана скривилась.
– А я не собираюсь все каникулы жить по расписанию. Так от нас будет хоть какая-то польза.
– А Дев с Куратором не поедут тебя искать? – спросил Саймон.
Она фыркнула.
– Да пусть ищут. Могут сколько угодно уговаривать меня вернуться, но это я их Королева, они мне не указ.
– Мы не уедем, Саймон, – твёрдо сказала Уинтер.
Он по очереди оглядел их, ощущая, как тяжело ворочается внутри тревога. Они и так стольким ради него рискнули, он не мог снова просить их о помощи. Но он и не просил. Они просто поставили его перед фактом, что будут рядом, хочет он того или нет, и сердце благодарно заныло, переполненное чувствами.
– Просто всё словно… повторяется, – тихо сказал он. – В прошлый раз похитили маму. Теперь Нолана.
