29 июля. В свете луны на террасе дома Сталина зажигают факелы. Ночь плотная, тяжелая — где-то вдали грохотает мотор или ревет машина. Под деревьями темно и уютно. Собака дремлет за кустами. В этот момент Иосиф Виссарионович делает крутой поворот на карте, отмечая новые стратегические маневры....
Собранный состав немецкая авиация приняла за спецсостав товарища Сталина. Они его просто в клочья разнесли!
– Очень хорошо. До утра нужно будет починить все железнодорожные пути. Сделаете?
– Сделаем, товарищ заместитель наркома, для нас это не впервой. Будем работать целую ночь, а с поставленной задачей справимся. Если потребуется дополнительная техника, подгоним! Нехватки в людях тоже не будет.
– Вы должны понять, что не должно быть ни минуты задержки! Если пойдет что-нибудь не так, докладывайте!
* * *Лес в полуночный час выглядел почти зловещим.
– Стоять, НКВД. Руки вверх! – неожиданно услышал он глухой строгий голос и в следующую секунду между лопаток почувствовал что-то колючее. Не иначе как ствол оружия. Гайдук невольно остановился, судорожно сглотнув. – Кто таков? Что делаешь в запретной зоне?
Узнав голос Марчука, Стас Гайдук с облегчением выдохнул и опустил руки.
– Ты сдурел, что ли? – невольно выругался он, поворачиваясь. – А если бы я в тебя пальнул, тогда что?"
"– Хм, как бы ты в меня пальнул с поднятыми руками? А потом, я за тобой уже пятнадцать минут наблюдаю. Шумишь, как лось! Внимание к себе привлекаешь. Хождение по лесу, брат, это целая наука.
– Не доверяешь, что ли?
– Не то чтобы не доверяю, но лишний раз провериться не помешает, может быть, ты хвост привел… Кто тебя знает? Должен же я убедиться, что ты чист.
– А может, СМЕРШ где-то здесь? – предположил Гайдук. – Спрятались за деревьями и нас ждут?
– Не думаю, – возразил Марчук. – Советская контрразведка, конечно, мастера на различные выдумки, но это не тот случай. Я пришел сюда часа три назад и никого не видел. Если бы здесь кто-то появился, так я бы заметил. Я ведь в лесу рос, мне любое дерево об опасности нашептать может. Вот ты пройдешь мимо поломанной веточки и не заметишь, а я ее не пропущу, сразу пойму, кто ее обломил – человек или зверь.
– В сторону того распадка.
– Вот и веди тогда!
Лес становился все гуще, опасно выставляя навстречу колючие ветки. Приходилось пригибаться и обходить труднопроходимые места.
