Одна как две капли воды была похожа на Алину, другая на Оксану, а третья еще на одну его бывшую. Их словно выпускали на одном заводе. В одинаковой комплектации и со стандартным программным обеспечением. Без дурацких багов в виде умения доводить до бешенства и неожиданных исчезновений.
- Я таких сто лет не встречал, - вдруг с неожиданной тоской выдал Басманский. - Красивая, стерва. Ноги от ушей, задница что надо. Умная, но… - налил себе четвертую рюмку, - динамщица профессиональная, - махнул, не глядя на Варшавского.
- Говоришь, просто так развернулась и ушла?
- Да. Вызвала себе такси и даже ручкой не помахала.
После упоминания руки, Игорь вспомнил Ольгин яростный факью возле хосписа, и настроение пошло вверх еще быстрее.
- Все, - Басманский решительно отодвинул графин. - Хватит о ней. Сейчас эти придут, и поехали. Можно продолжить в ресторане или сразу ко мне. Ты за?
Даже не слушая, что ему говорят, Игорь вытащил из кошелька деньги, бросил на стол и поднялся.
- Прости. Я пас. Надо успеть в другое место.
- Какое место?! - Эд аж привстал. - Ты что?
- Билеты у меня. На шоу. В первом ряду, - поднялся, накидывая пиджак. - Третью неделю пропадают. Дольше тянуть уже нельзя.
Глава 8. Пересекающиеся параллельные
Или молча наслаждаетесь моим обаянием?»
Сериал «Доктор Хаус»
С самого утра Ольгу не покидало странное предчувствие. Она пыталась найти ему объяснение. Связалась со знакомой из посольства Эмиратов, которая сообщала ей о визитах Хасима. Выпила с Розой две чашки кофе и узнала последние сплетни редакции. Даже сунула под нос Лобанову черновик новой статьи. Но все было мимо.
Хасим месяцами пропадал в Иордане, налаживал работу филиала отцовской компании. Свежие сплетни в редакции не отличались особой оригинальностью, и как обычно большая часть их была о ней. Ну а Лобанов… Прочитав пару абзацев, он принялся шептать по нос "Вот сучка!" и "Ох, хорошо!" Другого одобрения Ольге не понадобилось, и, не дожидаясь вердикта, она вышла из кабинета главного.
Однако предчувствие не исчезало. Как тень, оно следовало по пятам. Вынуждало оглядываться, прислушиваться, перепроверять телефон. Даже жалко было, что почти четыре года назад такое же предчувствие не заставило остаться дома или забрать сына с собой в магазин.
Наверное, это был еще один дар Хасима. Выращенная на боли, ненависти и отчаянии женская интуиция. Так себе подарок, но выбирать не приходилось.
Вечером, когда, казалось, ничего уже не может произойти, волнение достигло своего пика.
