— Что я такого сделала, что привлекла к себе ваше внимание? Насколько мне известно, мы с вами никогда не встречались, и я не уверена, что у нас найдутся общие знакомые.
— Ты все поймешь, когда я тебе кое-что объясню.
Забившись в угол сиденья, София одарила его колючим взглядом:
— В таком случае будьте добры объяснить. После чего я требую, чтобы вы в целости и сохранности доставили меня на Боу-стрит.
В ответ Джентри улыбнулся. Судя по всему, его позабавило и восхитило подобное бесстрашие.
— Согласен, — произнес он негромко. — Отлично. А теперь давай поговорим о последних днях парнишки по имени Джон Сидней.
— Вы знали моего брата? — настороженно спросила София.
— Я отбывал срок на том же каторжном судне, что и он. Кстати, твой брат умер при мне, буквально на моих руках.
— С какой стати я должна вам верить?
— С какой стати мне тебе лгать?
Было в глазах ее похитителя нечто такое, что заставило Софию поверить в его слова, и они, такие простые и незамысловатые, болью отдались в ее сердце. Пока еще никто не рассказывал ей, какие муки пришлось принять Джону на каторжном судне, при каких обстоятельствах он умер. Софии всегда хотелось узнать эту страшную тайну, однако сейчас, когда исполнение ее желания, казалось, было совсем близко, ей вдруг стало страшно.
— Продолжайте, — хрипло произнесла она, не узнав собственного голоса.
Джентри заговорил медленно, давая ей время переварить услышанное:
— Мы отбывали срок на «Скарборо». Посудина эта стояла на приколе на Темзе. Между двумя палубами было набито шестьсот заключенных. Одних держали за железной решеткой, других — закованными в цепи, которые крепились к железным прутьям, торчащим из дубовых досок. Но большинство из нас таскали на себе кандалы с тяжеленной железной гирей на одной ноге. Воров, убийц, карманников — независимо от того, тяжким или нет было совершенное преступление, — всех нас держали вместе, со всеми обращались одинаково. Но самые тяжкие страдания выпадали на долю юношей вроде Джона и меня. Мы страдали больше всех.
— Это почему же? — отважилась спросить София.
— Нас держали прикованными по соседству со взрослыми мужчинами, которые долгое время были лишены… — Джентри умолк, по всей видимости, подыскивая нужное слово, чтобы она поняла, — общества женщин. Надеюсь, тебе понятно, что я имею в виду?
София настороженно кивнула.
— Когда взрослый мужчина доведен до крайности, он способен на такое, чего никогда не совершил бы при иных обстоятельствах.
