А потом появилась ты – такая противная. Знаешь, в молодости время течет медленней, чем с годами.
– Мне кажется, я все помню, – сказала Ольга. – Отец боялся брать меня на руки.
Бабушка отмахнулась, засмеялась.
– Не выдумывай. Я повторяю тебе: не верю, что дети помнят себя в младенчестве."
"– Значит, – сказала Ольга, – я понимаю так: нельзя заводить детей, пока ты точно не знаешь, что хочешь этого. Не привязать себя к жизни с помощью ребенка, не рожать его, потому что так делают все. Иначе с ним будет то же, что со мной: треть жизни мучиться сомнениями – кто ты и зачем ты?
– Треть жизни? – удивилась Валентина Яковлевна.
– А сколько, ты думаешь? Мне почти тридцать лет, а я только сейчас начинаю понимать, поняла, что я нужна... самой себе.
Валентина Яковлевна пожала плечами.
– То, что ты говоришь, вполне разумно. Я тоже считаю, что взрослые женщины, те, кого прежде называли старородящими – какое дурацкое слово, – самые разумные матери. Они знают, что хотят именно ребенка, а не играют в русскую рулетку, укладываясь в постель с мужчиной: попадет – не попадет.
– Она хмыкнула.
Ольга засмеялась.
– Сама придумала? Очень точно. Только сейчас можно играть почти без страха. Достаточно средств, чтобы играть на выигрыш, какой сама себе наметишь.
– Но имей в виду, все эти средства иногда стреляют в другое место...
– В голову, да?
– И в нее тоже.
– Спасибо, я все поняла.
– Ты довольна? Ты это хотела услышать? – спросила бабушка.
– Да. Я не знала, но чувствовала...
Она не сказала больше ничего Валентине Яковлевне, но снова подумала, как проницательна Надя. Нет, она не завидовала ей – можно ли завидовать тому, что ее родители ждали, любили ее и передали эту способность ей?
– Что ж, благодарю вас, Валентина Яковлевна. – Ольга церемонно поклонилась. – Спасибо за откровенность. А теперь мне надо ехать, – сказала она.
Ольга шагнула к столу, быстро выключила компьютер. Посмотрела на часы – половина шестого.
– Куда это? – удивилась Валентина Яковлевна.
– Дела, – уклончиво ответила Ольга.
– Зонт не забудь, смотри, небо какое.
– У меня в машине валяется старенький, – отмахнулась Ольга. Она кинула в сумку бумажник, ключи от квартиры и от машины и вышла.
Она давно собиралась это сделать, сразу после отъезда Зои Григорьевны. Но мыльные дела, которые пошли не так, как должно, отвлекли. Наконец Ольга нашла в Интернете адрес «Милого дождика».
