Мама минуту назад разминулась, спускаясь вниз для развески белья. Я сдавливаюсь еще глубже в матрас, стону от усталости, а она все продолжает разминаться вокруг меня. Внутренне понимание и терпение помогают мне пережить это. Это описание создает душевную теплую атмосферу обычной сценки из повседневности, но с добавленными эмоциями и деталями, которые придают жизнь рассказу....
– Что-что? – смеюсь недолго. Ярик заходит в море, и я взвизгиваю, как только вода касается моих сланцев. – Что ты делаешь? Моя обувь уплывает!
– Купим новую.
Вновь визжу, когда в воду погружаются не только ноги, но и моя задница.
– Ярик!
– Наслаждайся, Маруся.
– Я тебя придушу, – сиплю, оказываясь по шею в воде.
– Душить можно только мой член. У тебя отлично получается, свят-свят Маруся, – смеется и, разжимая мои руки, практически сбрасывает меня со спины в воду. – Да не бойся ты, – продолжает забавляться после моего очередного визга.
– Как ты меня бесишь порой …
– Это хорошо, – важно отбивает он.
Я лишь фыркаю и крепче его обнимаю. Прижимаюсь к затылку щекой и даю себе пару минут, чтобы успокоиться.
– Ты скучал по мне, Ярик? Эти три года?
– Конечно, скучал, Маруся. Как иначе?
– Я тоже. Смертельно, Яричек.
Отпуская мои ноги, тянет за плечо, вынуждая меня переместиться лицом к нему.
– Обижаешься? – спрашивает серьезно.
Я обвиваю его шею и висну на нем, чтобы находиться на одном уровне.
– Прошло уже.
Яр кивает и прижимается к моей щеке губами.
– Еще спрашивай.
– Случалось ли такое, что ты очень хотел плюнуть на все и позвонить?
– Сто раз.
– Ты сильный. Я бы… Я бы так не смогла. Я ведь… Знала, что заблокирована у тебя, и все равно периодически пыталась набрать. И с чужих номеров… А ты не брал никогда, – говорю об этом, и в груди все сжимается.
Громко прочищая горло, Ярик молчит. Чувствую, что ему тоже трудно это обсуждать.
– Зря я затронула эту тему. Не хотела нагнетать, – сама на себя злюсь. – Скажи что-то… Разбавь, Яричек.
– Не зря, Маруся. Есть вещи, которые, хоть и больно, нужно обговаривать. Один раз, и отпустить.
– Давай отпустим… – судорожно вздыхаю. – Все, что произошло после бункера... То, что я тебе сказала… И разлуку…
– Забыли.
Кладу голову Ярику на плечо и медленно вдыхаю его запах.
– Говори, Яричек.
– Кхм… Ладно, – недолго молчит. Обхватывая мои ягодицы под водой, показывает, чтобы обвила его ногами. Подчиняюсь без раздумий. – Ты призналась, что думала о сексе до бункера. Что именно?
– Не прям о сексе. Тебе подробно?
– Мне очень подробно.
Улавливаю в его голосе улыбку и расслабляюсь.
