Мама минуту назад разминулась, спускаясь вниз для развески белья. Я сдавливаюсь еще глубже в матрас, стону от усталости, а она все продолжает разминаться вокруг меня. Внутренне понимание и терпение помогают мне пережить это. Это описание создает душевную теплую атмосферу обычной сценки из повседневности, но с добавленными эмоциями и деталями, которые придают жизнь рассказу....
Оглушает и возвращает в реальность новый острый виток торжества:
– В полном соответствии с семейным кодексом Украины, в присутствии уважаемых свидетелей и гостей объявляю вас мужем и женой! И прошу обменяться обручальными кольцами.
Только в этот миг полновесно понимаю: это таки случилось.
Черт возьми… Окольцевал…
Маруся Градская!
Как только кольца занимают свои законные и, я уверен, пожизненные места, целую жену. До того, как следует помпезная команда регистратора. Целую, отпустить не в силах.
Вот мои масштабы.
Моя Маруся, ради нее добьюсь всего прочего земного."
"Слышу крики и свист, нестройные поздравления, хлопки и хохот. Но оторваться получается, лишь когда рядом маячат родители. Кто-то из них меня тактично по плечу постукивает. Отлепившись друг от друга, все еще ошалевшие от произошедшего, принимаем с Машкой первые поздравления.
Мама плачет, это обычное дело. А вот у Евы Павловны слезы вижу впервые. Пробирает эта сила так, как вообразить не мог.
Папа Тит, как ни странно, ничего не говорит. Потом пойму, что он приберег свою энергию, чтобы максимально долбануть в ресторане. Сейчас же он со смехом и заметно поблескивающими глазами открывает шампанское. Оно пеной вылетает из бутылки. Я с ним солидарен.
Папа, приобняв маму, выкрикивает в толпу:
– Кузе не наливать!
Редко называет ее так прилюдно. Но, кажется, именно это помогает ей справиться с потоками слез.
Хвала Богу, марш Мендельсона больше не врубают. Басит какая-то быстрая хитовая композиция, когда я подрываю Марусю на руки и под прицельным конфетно-лепестковым обстрелом несу по красной ковровой дорожке к выходу.
Шампанское на каждом повороте наливают, а голова ведь и без того кружится.
– Я знал, что это когда-нибудь случится, – говорит тесть, поднявшись для первого тоста.
– Ты всегда все знаешь, – задумчиво подтверждает мама Ева.
