Здание держало в напряжении долгие годы, стараясь не выдавать своего истока. По фасаду скользили тени забытых дней, но внутри директорский кабинет прятался за изрядно просроченным баннером, радостно провозглашающим начало нового учебного года. Вдруг под рукой оказалась чудо-биобомба — стеклянная банка с осиным гнездом. Уют и тепло притягивали даже холодные ночи, когда шелки спускались по окнам....
Лифт был огромным, с блестящими поручнями (ещё зачем, трясёт тут, что ли?) и зеркалами. В зеркало я особо не смотрел – что я там не видел. Я смотрел на Макса. Смотрел, как он кусает губы, и сам тоже кусал.
– У тебя кто-нибудь дома?..
– Нет. Отца вообще нет в городе, домработница сегодня после обеда…
– Хорошо…
На лестничной площадке у него уже руки тряслись, а я ничем ему помочь не мог – фиг знает эти замки, да и у самого уже всё плыло.
Коридор тоже был здоровым, но я ничего не видел и не смотрел, я смотрел на Макса.
– Никого?
– Нет.
– Наконец-то!
Комментарий к 43. Дольше века длится день
Стихотворение отдельным порядком https://ficbook.net/readfic/3433805
====== 44. Дольше века длится день – 2 ======
Наконец-то, наконец-то он только мой!
Я прижал его к себе и поцеловал. Ещё сильней, чем в машине, обнимая, вдавливая в себя, целуя его губы, лицо, шею, а он целовал меня и что-то шептал.
– …ко мне…
– Что? – я не хотел от него отрываться, это было невозможно, совершенно невозможно.
– Пойдём ко мне в комнату, – Макс тоже начал расстёгивать на мне куртку, – о господи, Стас, ну, не здесь же!
– Да мне хоть где, хоть как, главное – с тобой, – я говорил по-прежнему шёпотом, не знаю, почему. Никого нет, кого стесняться, а я шепчу и боюсь – я боюсь! – расцепить руки.
– Не надо «хоть как»… Пойдём в кровать. Ты меня задушишь, дай я сниму ботинки.
Какого хрена их так долго снимать? Он возился секунд пять, когда я просто скинул кроссовки, наступив на задники.
Я мало что разглядел, пока Макс тащил меня за собой, да и в его комнате тоже особо не осматривался, только чуть не налетел на какой-то странный столб посредине и как-то отметил, что никаких столбиков с занавесками на кровати нет.
Но это было вообще неважно.
Я стянул с него футболку – о, знакомая татуха, даже её я счастлив был видеть, и наконец-то, как мечтал почти каждый вечер, прикоснулся к его шее и повёл губами вниз. Мне хотелось целовать его всего, мне хотелось облизывать его везде, мне хотелось кусать его, съесть его, чтобы он стал мной, а я им, чтобы он понял без всяких дурацких слов, как мне было плохо без него, как я его люблю.
Он расстегнул на мне джинсы.
