Автор
В темном общежитии прерывается дневной шум, и наступает меланхOLический крик — "Слушай, большому начальству виднее чего и как...". Кто-то упрямится против авторитетов. Новый охранник суетится перед входом, словно плененный неожиданным рассказом или дракой в коридорах. А кто-нибудь, похоже, уже готов к темноте и одичанию за пределами общежития — словно зверюга на свободе, привлекающий подозрения....
— По списку все уже давно прошли, — бормочет второй тип, проглядывая какие-то бумажки.
— Меня ждут, — говорю.
И взглядом по ним прохожусь так, что в разные стороны расходятся.
Ждут меня, да. Охренеть как ждут. Особенно она.
Прохожу дальше. К лифту. А потом — на самый верх. Туда, где корпоратив отмечают. Музыка. Смех. Блеск декораций. Отмечаю детали фоном.
Переступаю порог."
"Сразу ее взглядом выхватываю среди толпы. Тонкая фигура. Хрупкая. Такая маленькая, а мигом выделяется. Держится иначе.
Хрен знает, как ей это удается.
Она точно чувствует. Вижу, как плечи напрягаются.
А потом сучка вдруг резко поворачивается. И ее распущенные волосы моментально взметаются вверх, голую спину показывают, и снова вниз, лопатки прикрывают. Она взглядом по толпе скользит. Разобраться пытается. Подается вперед.
Урод рядом трется. Спокойный. Ну ничего, это ненадолго.
Иду вперед. Глазами ее жру.
Платье ни черта не прикрывает. Длинное. Без выреза. Но облегает, прямо струится по телу.
Дикая похоть внутри поднимается.
Знаю, как буду ее трахать. Жестко. До криков. До искр из глаз. Она у меня забудет, как ноги сдвигать.
Кровь по вискам врезает. И в пах бьет.
Сука будет умолять. Если хочет выползти из-под меня живой. Но плевать. Не светит ей никакой пощады. Это раньше я на нее дышать боялся. Чистая. Невинная. Такую и тронуть страшно. Теперь все иначе.
Чужая подстилка. Но как шлюха и мне на пару ночей сойдет.
Ближе подхожу. Еще. Глаз не отвожу от нее. Пальцы печет от жажды дотронуться. Сжать. Притянуть к себе. Вбить тело в тело. Приходится кулаки сжать, чтобы это притушить, погасить хоть немного.
Она вздрагивает. Взгляд в сторону ведет. И застывает.
Вкусно. Охренеть. Эта ее реакция. Такая буря в глазах. Не двигается. Ни единого жеста не делает. Но черт, как же меня от этих ее зеленых омутов пробирает. Член встает колом.
Заждалась ты меня, Катя.
Вижу, сильно скучала.
Особенно когда чужой член в рот брала. Чужую сперму глотала. Под другого мужика ложилась. День за днем. Год за годом.
Так странно. Жесть. Никогда руку на бабу не поднимал. Но сейчас… тянет это красивое лицо разбить. В кровь. И сука. Даже хуже — зацеловать.
У нее рот дергается. Едва заметно. И жилка на шее набухает. Нервно бьется. Прямо стрекочет. Раньше помню, это бывало, когда я ее на член натягивал.
