В засаленной студии читателей где острый запах кофе и табличка с призывом "Здесь ты будешь самим собой", героиня – девушка с необычными глазами, красится в розовый, играет с братом словесной переборкой. Воздух напряжен до натяжки, как гитара перед аккордом.
Похоже, «Любовь и прочие яды» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
У нас практически нет литературы, мы успеем за ночь библиотеку вдоль и поперек исходить.
– То есть как «нет литературы»? – с некоторым ужасом спросил Винсент.
– Очень просто, – пожала я плечами, останавливаясь у одного из стеллажей и рассматривая корешки. – Пассивно одаренных мало, еще меньше тех, кто имеет желание и возможность обучаться. Вот меня, например, не хотели отпускать… – сказала я и прикусила язык.
С моей легендой о сиротке из приюта при храме это вообще мало вязалось.
– Да, жрецы не любят отпускать одаренных детей, – внезапно согласился парень, и у меня отлегло.
Ровно до того момента, как он задал вопрос:
– Как же ты сбежала?
Сбежать из храма – любого, не обязательно столичного – задача нетривиальная. Особенно если все вокруг знают о твоей полезной уникальности. У одного из моих братьев близкий друг был как раз из этих, сбежавших храмовых сирот. Невероятно сильный маг! Очень перспективный. Брату даже почти не пришлось уговаривать отца принять его друга в наш клан – такой ценный кадр был.
Но все это не отвечало на вопрос, как же я совершила гипотетический побег из гипотетического храма.
– Долгая история, – медленно проговорила я, изображая жуткий интерес к корешкам.
– И наверняка увлекательная? – поинтересовался Винсент, подошедший как-то слишком близко. Опасно прямо-таки.
– Отойди, – прошипела я. – А то я опять буду считать розовых кроликов."
"– Но ты же меня не видишь? – удивленно спросил он.
– Да я затылком чувствую, как ты на меня смотришь! – воскликнула я возмущенно.
– И как же? – ехидно осведомился Винсент.
Хотелось сказать что-нибудь эдакое, но я кинула беглый взгляд на соседний стеллаж и мгновенно потеряла нить разговора.
– То, что нужно, – сообщила, подходя к полкам и выдергивая плотно сидящую книжицу.
Это была маленькая, чуть больше моей ладони, записная книжка. Совершенно девчачья – в миленькой розовой обложке с буквами «Блокнотик» золотого тиснения.
– Я сейчас впаду в экстаз! – честно призналась я, быстро листая находку.
– Да я даже к тебе не подходил! – взвыл с приличного расстояния Винсент.
– Не поверишь, но ты тут совершенно ни при чем.
